Вот и взяла денежки… Будь я Лессой — пожалела бы. Но, увы, кто предал раз, тот предаст и дважды. Поэтому я ответила:
— Скажи спасибо, что дам тебе хорошие рекомендации. Думаю, с ними ты без труда найдешь работу. А ведь эта девушка могла оказаться наемной убийцей. И что тогда?
— Простите! — Мика попыталась поцеловать мою руку, но я вовремя отпрянула. — Я виновата, не подумала. Пощадите!
Сказала же, что отпущу с миром. До чего глупая девица! Если вдруг придется задержаться, надо взглянуть, кто вообще работает в доме канцлера. Увы, такие наивные девушки, как Мика, легко верят в красивые сказки — и предают.
— У тебя полчаса на сборы.
И поднялась с кресла, давая понять, что разговор окончен. Что ж, одна проблема решена. А теперь надо заняться поисками моего тела, иначе быть беде. Вот только где тает одна проблема — тут же возникает другая. Дойти до рабочего кабинета я не успела — появился запыхавшийся слуга и доложил:
— Ваша светлость, к вам его величество Венден…
Впрочем, договорить он не успел — король появился собственной персоной. Моя решимость сразу сошла на нет. Затряслись ноги, стало тяжело дышать. Я вцепилась в ворот рубашки.
— Пошел отсюда, — рыкнул король на слугу, и тот поспешил удалиться. — Здравствуй, Эд.
— Здравствуй, Венден. — Говорить королю «ты» до сих пор было трудно. А еще по его лицу было ясно — величество чем-то недоволен, и недоволен сильно.
— Да сними ты свою маску! Дай взглянуть тебе в лицо!
Раз просит — значит, знает, о чем просит. Я потянула за тесемки и отложила маску на стол.
— Что-то случилось? — спросила, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
— Это мне у тебя надо поинтересоваться! — Венден рвал и метал. — Сегодня утром ко мне явился барон Милинфорд с дочерью. И знаешь, что он мне сказал?
Я промолчала. Надо было хорошенько надрать баронессе уши.
— Что же? — спросила с показным спокойствием.
— Что ты совратил его дочь! И требовал немедленной свадьбы.
— И что ты ему сказал?
— Эд, почему мне кажется, что тебе все равно?
Потому что я старалась не выказывать эмоций, оставаться спокойной. А внутри бушевал ураган страха. Только разве канцлер чего-то боялся?
— Мне не все равно, — ответила королю, отмечая, что сейчас он не казался таким уж милым и миролюбивым. — Я вчера приехал с бала и застал эту девицу голой в моей постели. Она обманула слуг, рассказала наивным девушкам о безумной любви ко мне — и проникла в дом. Я бы, на месте барона, отправил дочь в услужение к Эдре.
— Но ты не на его месте! А барон — не последний человек.
— Ты — король, ты его выше. — Я старалась быть убедительной.
— Знаешь, что? Вот и разбирайся с ним сам! Потому что мне неприятно выслушивать истории о том, как ты не даешь бедной девочке прохода и делаешь непристойные предложения.
— Кто кому. — Я даже улыбнулась, а Венден махнул рукой. — Так что будешь делать с бароном?
— Отдам его дочурку замуж. Пусть муж перевоспитывает.
— А ведь у неё есть жених, только он сейчас под арестом. Может, выпустим? Только сначала надо проверить.
— Имя? — деловито поинтересовался Венден, кусая губы.
— Шуран Барито.
— А! Тот молокосос, который подрался с моими стражниками в трактире. Что ж, пусть женится. Я даже подарю новобрачному титул.
— Мудрое решение, — кивнула я.
— Почему ты во всем со мной соглашаешься? — прищурился король. — А где же споры? Где упреки в недальновидности?
— Ты прав, — ответила я, замирая от ужаса. — Именно поэтому я не спорю.
— Знаешь, — Венден поднялся и подошел ближе, — одна мысль вот уже третий день не дает мне покоя. Скажи, Эдмонд, что ты подарил на день рождения герцогине Майнтборо?
Кому? Я замерла. Что это? Попытка вывести меня на чистую воду? Или королю правда интересно?
— Сущую безделицу, — ответила я.
— Какую же? — не унимался Венден.
— Украшение.
— Что за украшение, Эд? Я тоже хочу подарить Шейле что-то особенное в знак помолвки.
— Ожерелье, — ляпнула первое, что пришло в голову.
— Да? Из каких камней? — похоже на допрос.
— Из сапфиров, — отчаянно лгала я.
— Так вот. — Венден остановился, глядя на меня в упор. — Эдмонд не дарил герцогине Майнтоборо ожерелье. Более того, он вообще ничего ей не дарил, потому что сам никогда не принимает от неё подарки, и герцогиня платит ему тем же. А раз ты этого не знаешь — то ты не Эдмонд.
Я ощутила, как сердце ухнуло в пятки. В глазах потемнело, и, словно сквозь пелену, донесся вопрос короля:
— Кто ты?
Когда впереди замаячили деревушки, и мы, и наши лошади валились с ног. Феон уже напоминал не скромную путешественницу, а жуткое чудовище — капюшон съехал, чепец тоже. Нет, надо позволить спутнику вернуть привычный вид. Ведь мы уже далеко от его родного города. Хотя, не удивлюсь, если его уже ищут повсюду.
Феон переодевался в маленьком леске у въезда в деревушку. Долго шуршал одеждой, пока я бродил вокруг, и в деревню въезжали уже двое парней. Мою слегка не мужскую фигуру надежно скрывал плащ. Вот только голос, увы, под одеждой не скроешь.
