- Но ведь он великолепен… – сдавленно произнесла принцесса.
- Он стал занимать слишком много места в твоих планах.
- Эталон мужской красоты…
- Ты слышишь меня?
- Сколько в нем силы…
- Фиона.
- А его взгляд... О, Шарлотта, ты видела его глаза? Сколько страсти, сколько опыта…
- Фиона…
- В его объятиях можно умереть… Умереть, Шарлотта…
- Спокойной ночи, Ваше Величество.
- О, я бы все отдала ему… Все, что у меня есть… Все, что он захотел бы, понимаешь?
Ответом ей послужил звук закрывшейся двери.
- Я бы отдала ему душу, если бы он приказал…
Кто он? Кто он такой? Есть ли что-то неподвластное ему в этом мире? Сколько у него людей? Сколько связей? Сколько средств?
Изабелла металась в кровати, словно в лихорадке...
Она слышала, как через полчаса после того, как Зорро принес ее в дом, в соседнюю комнату почти бесшумно зашла Керолайн, постояла несколько минут около смежной двери и с непроизвольно вырвавшимся из взволнованной груди вздохом покинула помещение.
Чем он занимается?.. То, что они успели увидеть, уже было полным умопомрачением. А сейчас выяснялось, что это было лишь незначительной частью его возможностей.
Корабль? Связи в Англии? Или во всей Европе? Прямой выход на правителя Соединенного королевства? Как? Как это все было возможно?
Девушка в беспамятстве перевернулась на спину и приросла невидящим взором к затемненному потолку.
Он сказал тогда: «Пора». Посмотрел на часы в ответ на их вопрос и произнес: «Пора». Еще тогда она задумалась над этим словом, но не могла найти подходящего объяснения. Сейчас же с холодящей очевидностью все стало на свои места...
Он знал, что в скором времени после их выхода на прогулку приедет губернатор и ее отец... Уже это одно ставило ее в тупик – ведь он появился почти за два часа до их визита. Никаким мыслимым способом он не мог увидеть дона Алехандро и дона Ластиньо выезжающими из гасиенды, в противном случае все трое приехали бы практически одновременно.
Изабелла рывком легла на бок – даже, если прибегнуть к дотошным вычислениям и взять в расчет скорость лошади Зорро, а так же его осведомленность обо всех коротких путях, связывающих Эль Пуэбло и место их нахождения, все равно получалось, что он мог обогнать губернатора и его друга не больше, чем на двадцать минут. Но никак не на два часа.
Поэтому далее вступал в силу единственный вариант объяснения случившегося – Зорро знал, что у них будет причина для того, чтобы приехать. А это значило, что он был в курсе о скором прибытия корабля, о котором не знал никто в Эль Пуэбло, ни даже английский двор, ни Фиона, ни советники.
Конечно, можно было предположить, что молодой человек был осведомлен о приближении постороннего судна, ведь с его связями, которые, по всей видимости, охватывали весь полуостров и прибрежные воды, это было совершенно нетрудно. Он все узнавал первым. За день, а может, и за несколько дней до того или иного события.
Но письмо… Как он мог знать о письме? Ведь, в конце концов, все вышеизложенные выводы вели к неопровержимому факту о том, что он знал о его существовании...
У Изабеллы нещадно кружилась голова, и ей казалось, что она вот-вот упадет, хотя в тот момент она лежала на кровати без единого движения.
Хорошо, пусть каким-нибудь своим методом исключения, он мог об этом догадаться. Но оставался еще один, пожалуй, главный вопрос – как такой богатый корабль, коим обладал британский флот, мог беспрепятственно миновать всю Атлантику без военного сопровождения? Один! За столько недель плавания совершенно одинокому и беззащитному судну ни разу не встретить пиратов на своем пути было почти столь же невероятным, как солнцу взойти на ночном небе или реке повернуть свое течение вспять.
Но ведь он пришел. И с каким содержанием... Да, если бы кто-нибудь перехватил это письмо…
Девушка почувствовала, что ей не хватает воздуха и снова перевернулась на спину.
Но ведь все получилось… Все… Словно по чьему-то тщательно разработанному плану. Все двигалось в своем порядке, в своей очереди, без сбоев, без отклонений...
Складывалась ужасающая по своей непостижимости картина: Зорро знал, что Георг III напишет письмо, знал, что оно будет отправлено примерно через неделю после отбытия английского двора в Калифорнии, знал, что корабль пройдет свой путь беспрепятственно и поэтому знал точный день его прибытия. Он рассчитал время, которое нужно было губернатору и дону Ластиньо, чтобы получить письмо от сэра Ричарда – ведь именно он, по всей видимости, был связующим звеном между монархом и домом губернатора, – и за это время занялся подготовкой Изабеллы к тому, что ее ждало по прочтению письма. Он все просчитал...
В груди почему-то все больно сжалось. Его руки, его поцелуи, жаркие объятия – все это было направлено лишь на то, чтобы отвлечь ее от невероятного содержимого письма, которое везли с собой ее отец и крестный...
Хотя он раскинул свои сети много ранее – когда сказал «моя». И она сразу же сделала в них первый шаг.
