В целом все действия Зорро, спланированные за считанные минуты, были им понятны – внезапная материализация, использование динамита и немедленное исчезновение, без нападения и оттяжки времени, чтобы как можно быстрее вызволить принцессу из страшного плена. Остроумный же маскарад с порезанным плащом должен был дать дополнительное преимущество в неожиданности и, насколько друзья могли судить по практически мгновенному результату, это деталь оказалась весьма полезной.
- Что же случилось дальше? – наконец, озвучил один из сотни вопросов дон Рикардо. – Я, честно говоря, желал бы, чтобы они там все передохли, но среди них, скорее всего, остались те, кто был напрямую причастен к этому дикому заговору.
Ему никто не ответил.
То, что Зорро намеренно обрушил своды пещеры, чтобы члены сумасбродной организации не смогли оттуда выбраться, было понятно. И все же, судя по всему, их было много. Неужели столь хладнокровное массовое убийство? Безусловно, они заслуживали серьезного возмездия за само свое участие в подобном действе. Но погибнуть без суда, от огня или удушения, пусть даже и не осознавая действительность...
Друзья смутно понимали, что странные тени, появившиеся перед входом в пещеру сразу после их ухода, явно были связаны с разрешением ряда их вопросов, и, кроме того, было вполне вероятно, что молодой человек имел к ним непосредственное отношение. Именно поэтому дон Алехандро не предложил Зорро поехать в свой дом вместе. Если это, действительно, были его сподвижники, он должен был хоть ненадолго, но вернуться к ним. А то обстоятельство, что Зорро ничего не сообщил относительно их участия, означало лишь, что обсуждению это не подлежало.
- Полчаса прошло, – вновь подал голос дон Рикардо.
- Прошу прощения, – ответил вдруг кто-то на его замечание.
Мужчины резко обернулись и с нескрываемым удивлением увидели Зорро, расположившегося в кресле на противоположном конце зала.
- Но дверь была заперта! – воскликнул дон Рикардо.
- Не страшно, – ответил ему молодой человек. – Признаться, у меня немного времени.
- Мы Вас слушаем, – отреагировал губернатор.
- Для начала, хотел бы принести извинения за свое ночное вторжение. Надеюсь, Вы простите меня за то, что я имел наглость ворваться в Ваш дом и прервать столь дружественную беседу?
- Можете не беспокоиться на этот счет.
- В таком случае, без предисловий. Думаю, Вы знаете, о чем пойдет речь.
- Об Изабелле и ее сестре.
- Я хотел бы прежде выслушать Ваши мысли по этому поводу, а потом соотнести со своими.
- Что ж, – откинулся в кресле дон Алехандро. – В том, что принцесса Фиона каким-то образом причастна к сегодняшнему происшествию, сомнений практически нет. Но возникает бездна вопросов.
- Исключим ее причины на данный поступок, они сейчас не столь важны.
- В таком случае, самым общим и ключевым является вопрос о том, как она смогла это все устроить?
- Есть предположения?
- Учитывая, что их корабль прибыл всего трое суток назад – теряюсь в догадках.
- Были еще два корабля, которые прибыли на неделю раньше.
Губернатор внимательно посмотрел на собеседника:
- Думаете, все было спланировано заранее?
- Вполне возможно. С этими кораблями могли приплыть люди, целью которых было как можно быстрее ознакомиться с новым местом и населением.
- Значит, нужно выяснить имена тех, кто прибыли первыми.
- Кто бы это ни был, он выполнил свое поручение безукоризненно.
- У Вас есть варианты?
- Неподкрепленные догадки могут увести нас от истины.
- А у Вас? – дон Алехандро обернулся к своим сосредоточенным друзьям.
- Соглашусь с Зорро. Не стоит обвинять кого-либо бездоказательно, – впервые за долгое время подал голос дон Ластиньо.
- Хорошо, я лично займусь этим, – пообещал губернатор. – Вы ведь для этого сюда пришли?
- Это первая причина. Благодарю за понимание, – наклонил голову Зорро.
- В таком случае, позвольте и мне задать Вам вопрос, – задумчиво произнес дон Алехандро. – В целом, я знаю ответ, но хотел бы в нем удостовериться. Вы ведь были в состоянии справиться один. Зачем понадобилось наше присутствие?
- Если говорить начистоту, Вы нужны были мне в качестве свидетелей. Думаю, Вы кое-что отметили для себя в столь красноречивом монологе Фионы.
- Да, она была настроена по отношению к Вам весьма враждебно. И, главное, что во всем происшедшем она обвиняет именно Вас. Этот букет, о котором она говорила... Возможно ли, что это ее же рук дело?
- Нет, цветы, действительно, были от меня.
На Зорро одновременно воззрились три пары глаз.
- От Вас? – не удержался дон Рикардо.
- Я непонятно выразился? – перевел взгляд в его сторону молодой человек.
- Нет, отчего же... Понятно... – младший Линарес хитро прищурился. – Все понятно.
Зорро пристально смотрел на расплывающуюся улыбку на лице своего собеседника, которую тот безуспешно пытался спрятать.
Дон Рикардо многозначительно кашлянул и попытался принять как можно более отрешенный вид:
- Это, конечно, не мое дело...
- Вы правы.
- ... но я подумал, что...
- Это лишнее.
- ... Вы уделяете ей столько внимания...
- Редкая наблюдательность.
- Вы дарите ей цветы, защищаете, Вы всегда рядом...
