— Не будем об этом, — скромно отмахнулась хозяйка усадьбы. — Мне бы понять, чего от него ждать. То ли он мне благодарен, то ли шею хочет свернуть.
— А спросить не пробовала?
Даша изумлённо застыла. Казалось бы, самый простой вариант, а ей в голову почему-то не приходил. Впрочем, учитывая их последнюю встречу и гибель Иветты в усадебном пруду, светлые чувства Малинов к ней вряд ли испытывает.
— Не думаю, что он будет откровенничать, — уклончиво сказала она. — Лучше найти другой способ.
— Тогда попробуй его спровоцировать.
— Обалдел?!
— Тебе нужен ответ или нет? Пусть есть некоторый риск, зато будешь знать, чего бояться.
— И как мне это, по-твоему, сделать?
— Уж извини, но тут сама разбирайся — у тебя же с ним некие интересные отношения.
— Не более интересные, чем с тобой, — буркнула девушка. — Что бы мне понадобилось, чтобы разозлить тебя?
— Достаточно небольшой беседы.
Даша неприязненно скривилась, демонстрируя своё отношение к его чувству юмора, и надолго задумалась.
Ночь прошла вполне спокойно, только время от времени хозяйка усадьбы вставала и выглядывала в коридор в надежде засечь крадущегося по этажу убийцу. Пару раз она натыкалась на постояльцев, с невинным видом прогуливавшихся поблизости, и однажды обнаружила под дверью Ульяну, которой не нравилось бояться без компании. В итоге подруги до утра перемывали кости общим знакомым, подкрепляя своё бесстрашие купленным для праздника шампанским, и к рассвету выглядели далеко не идеально. Даша даже задумалась о том, что перед фотографом в таком виде появляться нельзя, но Ульяна быстро привела её в норму методом ледяного душа и какого-то омерзительного на вкус напитка, сделанного из солёных огурцов и шампиньонов. Себя она почему-то пощадила.
Как бы там ни было, но ровно в десять девушки стояли у входа в небольшой съёмочный павильон — находился он на окраине, из чего Даша заключила, что дела у Быстрова идут не так уж хорошо. Впрочем, возможно, бизнесмен не спешил тратиться именно на неё. Павел уже ждал их, расхаживая между стульями и сжимая в руке телефон. Чувствовалось, что он вовсе не был уверен в том, что своенравная модель явится на работу, и увидев подруг, порядком удивился.
— Переоденешься за ширмой, потом пройдёшь к стилисту и на укладку. Главное — не нервничай, расслабься и слушай, что говорит фотограф.
Именно в этот момент Даша отчётливо поняла, что моделью быть совершенно не готова. Сердце оказалось в районе горла, павильон слегка поплыл перед глазами, фотограф — интеллигентной наружности мужчина средних лет — представился лютым врагом.
— Тебе даже делать ничего не придётся, стой да улыбайся, — зашипела Ульяна, сообразив, что подруга близка к побегу.
— Не хочу.
— Не хочешь — не надо, только выясни у Павла номер Кати. Потом можешь навсегда оставить славный модельный бизнес, разрешаю.
— А если у меня не получится? — дрожащим голосом пробормотала хозяйка усадьбы.
— Будешь на всех фотках с кривой рожей. Иди давай.
Дарья сделала пару неуверенных шагов и с облегчением скрылась за ширмой. Сразу же выяснилось, что с радостью она поторопилась. На крючке болталась вешалка с ярко-жёлтым бикини, на звание купальника точно не тянувшим: две тонкие верёвочки с несколькими крошечными кусочками ткани чересчур напоминали какую-то детскую одежду, которая по размеру взрослому человеку подойти просто не может.
— Не верю, — упавшим голосом выдохнула девушка, брезгливо ощупывая произведение дизайнерского искусства.
— Что ты там ковыряешься?
Вместо ответа хозяйка усадьбы выбросила вверх руку и продемонстрировала предлагаемый наряд. С той стороны послышалось злорадное хихиканье — Ульяна явно наслаждалась ситуацией.
— Не дрейфь, — веселилась она. — В крайнем случае они оставят снимки для внутреннего пользования.
Из-за ширмы донеслись мрачные ругательства, адресованные как дражайшей подруге, так и Быстрову, который додумался до такого откровенного издевательства.
Отсмеявшись, Ульяна серьёзно сказала:
— Давай выходи, это уж точно не сложнее, чем от трупов избавляться.
При упоминании первых постояльцев, которых постигла весьма незавидная участь, Даша немного взбодрилась. Ведь самое противное и правда осталось позади. Тогда она вела себя вполне решительно, так неужели какая-то досадная мелочь способна встать на пути расследования? Девушка переоделась, влезла в босоножки на огромной шпильке и, с трудом перебирая ногами, отправилась к стилисту.
Присутствующие мужчины наблюдали за ней с нескрываемым интересом, и даже Быстров, повидавший на своём веку красавиц, на время отвлёкся от телефона. Даша очень надеялась, что пристальные взгляды вызывает её неуклюжесть, а вовсе не идеальная фигура, которая всегда была предметом зависти Ульяны. Подруга говорила, что с такими формами можно никогда никем не работать, и порой выслушивать её комплименты было приятно. Но сейчас, невольно привлекая внимание окружающих, хозяйка усадьбы была бы счастлива оказаться в родной гостинице, где на неё никто не смотрит и не оценивает.