Я чуть хмурюсь. Мне не нравятся их заигрывания на сцене. Смотрится так, словно они давняя пара, договаривающая друг за другом мысли. Смотрю на Марса. Он стоит полубоком, лица не видно. Одна рука в кармане брюк. Он держится легко, поворачивается к залу и щурится. Видимо, свет прожектора бьет в глаза.
— Да-да, Максим подошел к выбору подарка с творческой стороны. Мы же знаем, как Дима любит красивых девушек, — легкий смех Ани подхватывает зал. — А если она еще и будет на сцене. В костюме, — Аня в такт словам шагает по сцене. — Максим, я правильно представляю твой подарок? — она оборачивается через плечо.
— Пока не ошиблась, — он снова встает полубоком. — Но не стоит затягивать…
— Конечно, — Аня перебивает Марса. — И так, друзья, — Аня говорит слова четко, словно диктор представляет кульминацию программы, — приветствуем на этой сцене обворожительную, непревзойденную, радующую своими талантами тех, кто может себе это позволить, Лину. — Аня указывает в мою сторону. Меня заливает свет прожекторов, и все головы оборачиваются ко мне. — Стрептизершу, за чьим милым личиком скрывается многолетний опыт ублажения плотских желаний.
— А выглядит так прилично, — слышу я женский голос рядом со мной.
— Интересно, скольких уже ублажила за сегодня, — вторит ему какой-то мужчина.
И многое другое звучит со всех сторон. Я смотрю на сцену, но прожектор слепит глаза. Ни Марса, ни Ани я не вижу. Паника — единственно чувство, которое я сейчас испытываю. Он все-таки это сделал! Он отомстил!
Не в силах этого вынести, разворачиваюсь и выбегаю сначала в холл, затем на улицу. От обиды и унижения не вспоминаю про верхнюю одежду. Почти бегу по аллее. Дура, дура, ну какая же я дура! Это как нужно было влюбиться, чтобы не видеть очевидных вещей. Нравлюсь ему! Конечно! Испугался потерять! Как же! Месть, это была всего лишь выдержанная месть. Шмыгаю носом и прибавляю темп, пока меня не перехватывает кто-то за плечи и не прижимает к себе… Настя гладит меня по голове и пытается успокоить. Я дрожу всем телом от накатывающей истерики. Подъехавшее такси освещает нас фарами.
— Только не ко мне домой, — я хватаю ее за руку.
— Хорошо, не к тебе домой, — Настя меняет адрес в приложении на квартиру Марины и сажает меня в машину. — Я приеду позже.
Дверь захлопывается, и я наконец позволяю себе расплакаться.
Открываю глаза и щурюсь от утреннего света. Опять не закрыла шторы на ночь. Будильник пока не звонит, можно еще поваляться. Переворачиваюсь на другой бок… и натыкаюсь на Настю, спящую рядом. Все-таки не сон! Протираю глаза и вылезаю из кровати через Марину, спящую с другой стороны. Плетусь в ванную. Из зеркала на меня смотрит тень. Включаю холодную воду и ополаскиваю лицо. Вместе с водой стекают слезы. Съезжаю на пол и утыкаюсь лбом в колени, пытаясь кулаком заглушить рыдания. Девочки и так слушали их на протяжении всех выходных.
Это были ужасные два дня. “Поприветствуем Лину” до сих пор звучит в голове. Я не смогла быть сильной в тот момент, не смогла ответить. И просто сбежала. От осуждающих взглядов, громких шепотков, предательства… Марса.
Я напрочь отказалась ехать к себе, потому что хотела исключить любую возможность встречи с Марсом, хотя она и была маловероятной. По этой же причине я выключила телефон и до сих пор не включила. Страшно.
Когда такси подъехало к дому Марины, она встретила меня с пуховиком в руках. Настя приехала через пару часов. Она сказала, что праздник закончился тихо. А Марс уехал сразу после меня. Помощница Насти видела его садящимся в машину. И это было последнее четкое воспоминание. Дальше все слилось в одно серое воспоминание, состоящее из мороженого, романтических мелодрам, где в каждом герое мне виделся Марс, страданий, боли и слез. А еще мыслей. Я мусолила в голове события пятничного вечера и наконец решила окончательно вычеркнуть Марса из своей жизни. Закрыть эту дверь навсегда и вытеснить любое воспоминание о нем. А для этого нужно уйти из его компании. И сделать это как можно быстрее.
К понедельнику у меня нет сил. Я истощена и разбита. Синие круги под глазами даже тоналкой не замазать. Про опухшие глаза вообще говорить нечего. Но я заставляю себя собраться на работу. Нужно сказать Роману Евгеньевичу по поводу замены меня на другого сотрудника в команде. Но прежде, чем обсудить этот вопрос, я должна быть уверена, что Марс сдержит обещание, и мой уход никого больше не коснется. Даже под угрозой новых унижений я все равно поговорю с ним. А еще нужно передать дела Марте. Она не должна страдать из-за этой ситуации.
Марина дает мне свои джинсы, голубую рубашку. Нижнее белье также приходится позаимствовать.
Коллеги встречают меня с радостью. Все довольны, что наконец часть работы можно скинуть на меня. И только Лена шепчет мне на ухо, что выгляжу я не очень. Если честно, чувствую себя еще хуже.
