- Эрцгерцогиня Адертанская согласилась помочь своему отцу сохранить жизнь и отпустить его из столицы, если он поможет ей поддержать порядок на землях дорогого ее сердцу королевства. Она дала ему три договора: о вассалитете Ферании и принятии Адертана сюзереном, об отказе лорда от титулов и имущества, а в конце и о передаче еще нерожденного наследника под опеку эрцгерцогини. Под конец она попросила его написать имена всех лордов Таанаха, которые участвовали с ним в сговоре. Так она могла сохранить и мир на своей земле, и жизнь своего оступившегося отца. Ведь она понимала, чье влияние на самом деле затмило его разум, и не винила его в произошедшем. Пусть прочих изменников она казнила, но, памятуя о родственных связях, решила спасти жизнь тому, кто когда-то давно сделал для нее то же самое. Ведь пять лет назад герцог все же не выпустил стрелу и дал юной колдунье покинуть столицу. Колдунья помнила добро, которое ей сделали, и потому приняла нелегкое для нее решение. Как думаете, что герцог ей ответил?
Откинувшись на спинку кресла и расслабленно прикрыв глаза, я стала не спеша потягивать отвар и ждать ответа. На самом деле, ответ тут мог быть только один, уж я постаралась загнать лорда в угол, поэтому свои мысли я посвятила обдумыванию совсем других вещей. Например, я никак не могла решить, нужно ли мне узнавать у Дорина о пророчестве, текст которого я так и не нашла в подаренных Ветром книгах. И имеет ли оно вообще смысл, раз уж мы с Великим инквизитором так удачно разминулись, а Нортания оказалась повержена? Мне было совсем не любопытно, чем руководствовались спятившие с ума фанатики, строя планы на меня, потому что моя жизненная позиция не принимала на веру россказни гадалок. Я не собиралась принимать сам факт того, что кто-то заранее определил мою судьбу. Пусть и были заданы определенные условия, но я, похоже, успешно пробила стены ограничений и смогла начать прокладываться свой собственный путь. Пусть так будет и впредь.
- Думаю... - хрипло произнес лорд, протягивая подрагивающую руку к стоящей на столе печати, - герцогу не оставили выбора. И он с благодарностью принял помощь леди. На свою беду герцог успел забыть за пять лет, что сам вырастил эту эрцгерцогиню такой прозорливой.
Окрасив печать в красной пудре, лорд Альмин поставил оттиски на всех трех документах и подал их мне. После взял чистый лист и стал быстро выводить на нем имена лордов, с которыми был в сговоре. Покрывать кого-то сейчас уже не было смысла. Зачем я вообще говорила с ним обо всем этом? Я хотела получить подтверждение своим словам. Разумеется, я могла просто прийти, молча убить его, своими руками проставить все печати и благополучно уйти. Но пытливый ум желает знать наверняка, а не утопать в догадках. Имея тысячи доказательств его вины, я хотела получить именно признание. Эти три печати и были его признанием, а я наконец поверила в правдивость найденных мной ответов.
Герцог Феранийский поднялся из кресла и собирался начинать свои сборы, не видя смысла оттягивать момент побега, но я остановила его. Впервые за время своего рассказа я подняла на него взгляд. Взгляд, который затопила чернота взбунтовавшейся магии.
