Он сжал её руку крепче — на одно короткое мгновение, а потом отпустил. Она выскользнула из его объятий, позволив себе один последний взгляд — на него, стоящего на фоне сверкающего закатного неба.
Глава 29
Когда Марлоу вернулась в башню Вейл, ночь уже опустилась на город. В её гостиной её ждали Свифт и, к её сожалению, Силван.
— О, хорошо, что ты вернулась, — сказал Свифт, едва она переступила порог.
— О, прекрасно, — вторил ему Силван, но без всякой искренности.
— Это пришло сегодня, — сказал Свифт, протягивая ей плотный белый конверт. Увидев заплаканное лицо Марлоу, он нахмурился с тревогой. — Ты в порядке? Что случилось?
Марлоу выхватила у него конверт и направилась в кухню.
— Всё нормально. Я не хочу об этом говорить.
— Ты же встречалась с Адриусом, да? — спросил Свифт.
Марлоу его проигнорировала, разрывая конверт.
— О нет, — драматично протянул Силван. — Только не говорите, что теперь Адриус будет ходить мрачнее тучи. Я терпеть не могу, когда он в таком состоянии.
— Ну да, ведь ты такой жизнерадостный и сияющий, — буркнула Марлоу, пробегая глазами по содержимому письма. Это было официальное уведомление из канцелярии Грантэра: её слушание назначено через неделю.
— Как бы мне ни было невыразимо больно это признавать, — произнёс Силван, — но с тобой Адриус… счастливее. Он становится собой.
Марлоу вспомнила, как нечто подобное говорила ей Джемма. Только она использовала другое слово — «другой».
— Неважно, — отозвалась Марлоу, складывая письмо и откладывая в сторону. — Он женится на другой.
Она даже не взглянула, чтобы увидеть их реакцию.
— Фишер был прав насчёт меня, — сказала она, уставившись в кухонную столешницу, сжав кулаки по бокам. — Я правда просто втягиваю всех в свои проблемы.
— Что? Он так сказал? — удивился Свифт.
Марлоу опёрлась локтями на столешницу и закрыла лицо руками. Она лишь кивнула, убитая горем.
— Я стала проклятельщицей, потому что думала, что у меня это получается. Думала, что могу разгадывать загадки, исправлять несправедливости, помогать людям. Но, может, я на самом деле просто… умею всё портить.
Свифт обошёл столешницу и положил руку ей на плечо. В его глазах был решительный, стальной взгляд.
— Ты издеваешься? Марлоу, если бы ты не вернулась в мою жизнь, я бы до сих пор оставался под каблуком у Леонидаса. Если бы ты не согласилась помочь Адриусу, он до сих пор был бы под проклятием.
— А теперь Адриус женится на дочери вассала из-за меня. Ты не можешь даже вернуться домой из-за того, что я сделала. Семье Фишера теперь ещё больше угрожает опасность, потому что я подумала, что смогу защитить его от Жнецов. А моя мать… — она запнулась, сдерживая слёзы. — Всё, что я сделала, — это усложнила ей жизнь с самого рождения. Неудивительно, что она держалась от меня подальше. Я прихожу в жизни людей — и только всё в них рушу.
— В этом, надо признать, есть доля правды, — вставил Силван.
Свифт бросил на него испепеляющий взгляд.
— Послушай, — сказал он, сжимая плечо Марлоу, — ты права. Ты действительно умеешь создавать проблемы.
Марлоу удивлённо посмотрела на него. Её задели эти слова — даже от него.
— Но ведь ты всё ещё хочешь разобраться с Жнецами и спасти Фишера, верно?
Она кивнула.
— Тогда давай сделаем это, — сказал Свифт. — Давай создадим как можно больше проблем для Медноголовых.
Марлоу моргнула, охваченная неожиданной волной благодарности — за его веру в неё. Её взгляд упал на официальную повестку на слушание. А потом — на письменный стол её матери. Там, за зеркалом, всё ещё лежала бухгалтерская книга. И в голове у неё начал складываться план.
Свифт расплылся в довольной улыбке, явно узнав этот её взгляд.
— Пошли — наведём беспорядок.
***
— Это… весьма любопытно, — сказал Грантэр, переворачивая страницу книги учёта матери Марлоу. — Очень любопытно. Где вы это нашли?
— Это принадлежало моей матери, — ответила Марлоу. — Она спрятала её в квартире в башне Вейл. Я нашла её только недавно, когда вернулась. Все имена я проверила сама.
— Нам придётся провести собственную проверку — вы же понимаете, — сказал Грантэр.
Марлоу кивнула:
— Конечно. Но я не собираюсь передавать эту информацию просто так.
Брови Грантэра удивлённо поползли вверх.
— Мисс Бриггс, я не могу обещать вам снисхождения на слушании лишь за то, что вы это передали.
— Прекрасно. Потому что снисхождения я и не прошу. Я хочу кое-что другое.
Грантэр закрыл книгу и откинулся в кресле, выжидающе глядя на неё.
Марлоу не доверяла ему — не по-настоящему. Но она верила, что правильно его читает. Что знает, чего он хочет. И сможет убедить его, что она может это дать. Точно так же, как это делала Кассандра со своими жертвами.
— С этим списком вы можете прикончить Медноголовых и Жнецов, — сказала Марлоу. — Две крупнейшие банды на Болотах. Вас будут считать героем города.
