И мой запал иссяк. Я вдруг осознала, что веду себя совершенно неподобающим образом с мужчиной, который выше меня по положению и званию. С мужчиной, который позаботился обо мне, выходил после лихорадки, дал одежду и кров. С мужчиной, к которому я…
Окончательно запутавшись в мыслях и чувствах, я без сил опустилась в кресло. Перегнувшись через столешницу, лорд Хенсли протянул мне стакан воды. Я сделала глоток, только сейчас осознав, как пересохли губы и горло.
– Я отправил доверенных людей за леди Тэмзин. Разослал письма во все гостиницы и каретные дворы от Боствилля до Хенсшира, чтобы отследить движение экипажа. Стража предупреждена о юной леди без камня силы. Если кто-то увидит ее, донесение немедленно отправят магической почтой.
– И все безуспешно?
Граф поморщился:
– Да. Поэтому мне очень нужно, чтобы вы успокоились и последовательно пересказали все, что произошло. Все, что вы можете вспомнить. Важна любая мелочь.
Я подчинилась с радостью. Отвращение, страх, боль и вина тяжким грузом лежали на сердце, и то, что лорд Хенсли, кажется, поверил мне и готов разделить со мной эту ношу, значило невероятно много. И потому я решила быть с ним предельно честной, от начала и до самого конца.
Глубоко вдохнув, я заговорила.
Если бы лорд Хенсли сказал хоть слово, если бы он хотя бы шевельнулся, если бы что-то, отличное от напряженного внимания, промелькнуло в аметистовых глазах, я не выдержала бы. Не смогла бы продолжить. Разрыдалась, впала бы в ступор или сделала то единственное, чего так отчаянно хотелось, – рухнула на пол и завыла. Страшно, горько и безысходно, выплескивая невообразимое горе, гниющее внутри меня, как водоросли, опутавшие вздувшееся тело конюха.
Но граф Хенсли слушал молча.
И мне хватило сил дойти почти до самого конца. До опасной правды.
– А потом, не знаю как, мне явился дух Мэрион. И она раскрыла страшную тайну о лорде Голдене и его магии. Она сказала…
Аметистовые глаза предупреждающе сверкнули.
– Не здесь.
Приказ, грозный и резкий, ударил точно раскат грома. Я растерянно замерла, не зная, что делать дальше. Решимость оставила меня, сменившись неуверенностью и страхом.
– Вы не верите мне?
Лорд Хенсли внимательно посмотрел – так, словно хотел прочесть в моих глазах правду. И он мог – как мастер над разумом и начальник службы безопасности, а я без раздумий позволила бы ему. Но его камень силы остался чистым.
– Я вижу, что вы верите в то, что говорите, – ровно проговорил граф. – Но давайте взглянем правде в глаза – вы ненадежный свидетель. Лихорадка, падение со скалы…
«…подложные документы, украденная маска, попытка выдать себя за собственную подопечную, – мрачно пронеслось в голове. – И магия… огненная магия, которую я применила на глазах у лорда Голдена и десятка стражей».
Если это вскроется, меня не просто не станут слушать, а моментально бросят в темницу как шпионку и угрозу для императора. А заодно и графа с графиней – за то, что укрывали преступницу. Лорд Голден не станет молчать, особенно после того, что я узнала от Мэр…
Во рту стало горько. Неужели сестра была права и единственно верное решение – уехать, оставить Айону со всеми ее масками, тайнами и ложью?
Нет. Нет. На Дворцовом острове все еще есть человек, который нуждается во мне. Которого я не имею права бросить.
– Нет, послушайте, – упрямо повторила я. – Прямо сейчас ваша сестра, милорд, находится в руках крайне опасного человека, и все, чего я хочу, – вызволить ее любой ценой. Не важно, что вы думаете обо мне и о тайнах Мэрион, не важно, кто виноват в ее смерти. Моя сестра мертва, и никакая правда этого не изменит. Но я не могу… – Глаза защипало, и пришлось сделать глубокий вдох. – Не могу допустить, чтобы то же самое… произошло с Лоррейн. Ситуация предельно ясна. Герцог Голден – преступник, и его место в тюрьме! Загляните в мой разум и получите все необходимые доказательства.
– Все не так просто, как вы думаете. – Голос лорда Хенсли вдруг показался мне глухим, чужим и бесконечно усталым. – Пока вы были без сознания, я добился внеочередной аудиенции у императора и попросил разрешение на обыск герцогского поместья. Но получил категорический отказ и напоминание, что герцог Эдельберт Голден находится под личной протекцией Солнцеликого. Любое действие против него будет воспринято как государственная измена. Ваши доказательства, увы, не помогут.
– И вы удовлетворились этим ответом? – Я взглянула в аметистовые глаза, не в силах поверить услышанному. – Просто развернулись и ушли, даже не попытавшись сделать хоть что-то, предпочтя вместо этого рассылать почтовых голубей по заставам для успокоения совести? На кону стоит жизнь Лорри, неужели вы не понимаете? Она узнала секрет герцога. И лорд Голден… беспринципный, жестокий, опасный… может сделать с ней все что угодно. А вы…
Он посмотрел на меня с безграничной усталостью:
– Думаете, я этого не хочу? Разом разрешить все сомнения. Ворваться в дом герцога, разнести его по кирпичику, чтобы найти Лорри или убедиться, что ее там нет. Но я не могу пойти против воли Солнцеликого. Никто не может.
