– Если за предательство обещана высокая награда, то семейные узы могу и не пройти проверку на прочность, – тихо заметил Хранитель.
– Нет! – лорд Ардан даже и мысли не допускал о бесчестном поведении прекрасной Диары.
У меня внутри вспыхнуло такое тёплое и яркое чувство от слов Тшерийского… он внимательно меня слушал и сделал выводы, которые я боялась озвучить даже мысленно. Мало того, он сразу встал на мою сторону, а вот это уже дорогого стоило!
– Лорд Ардан? Вы хотели меня видеть? – тот самый лорд советник, на котором я заметила артефакт, сейчас уверенно стоял в дверях и так же уверенно смотрел на наше общество.
– Да, лорд Свизар, проходите. Присядьте. Возникло несколько вопросов, которые необходимо уточнить, – кивнул наследник Поднебесной на свободное место.
Едва советник занял указанное место, как с рук Ардана сорвалось магическое плетение, заставляющего Свизара застыть на месте. Сверху легло ещё заклинания Кристиана и Нортхэрда… так, на всякий случай.
– Приступайте, леди Эйшар, – лорд Ардан сделал широкий жест рукой, и мне не оставалось ничего другого, как подойти к обездвиженному советнику и, распахнув пошире ворот рубашки, поддеть и уничтожить запрещённый артефакт.
Подтвердить или опровергнуть мои действия никто не мог, лишь вспыхнувший серебром след от цепочки был единственным доказательством того, что у меня всё получилось. Ни минуты в этом не сомневалась, опыт есть уже какой-никакой.
– Я не понимаю… – пробормотал лорд Свизар, озираясь по сторонам, когда заклинания с него сняли те же, кто и накинул их на него. – Что я здесь делаю?
– Подчиняющий артефакт с эффектом забвения. Умно! – восхитился Хранитель мне на ухо, ставший вновь невидимым. Смущался, наверное, народу-то постоянно прибывало. – Его надо допросить сейчас же, иначе даже Дарвурд со своим ментальным воздействием не сможет ничего с него вытянуть.
Я передала пожелания Хранителя лордам, и они все тут же исчезли в направлении допросной, если я правильно поняла. Остался лишь лорд Рэдвел, верный своему слову и своим клятвам, даже Хранитель рванул серебристой тенью со словами, что без него ничего не сделают толком, обязательно что-то упустят.
Обеспечив мне полный комфорт, то есть, поставив двух охранников около дверей в гостиной, а ещё двоих около той же двери, но в другой стороны, исключительно воинов Искристого и Шеридара, драконам, судя по всему, доверия у лорда Рэдвела не было, Виртэн, походив грозовой тучей по моим комнатам, явно проверяя на крепость защитные плетения, оставил меня в одиночестве. Его отрывистые и резкие команды были слышны из коридора, мужчина выплёскивал свои эмоции, как привык, а я устало опустилась на кровать.
Немного посидела, бездумно уставившись в стену, и решила, что в Поднебесной мне не очень-то и нравится. В Искристом всё проще и роднее было, а здесь… не так. Безусловно, Пламенный был венцом драконьей архитектуры, и внутреннее убранство поражало воображение, но вот наполнение… те, кто ежедневно прогуливался по замковым коридорам, сверкая драгоценностями и глазами в поисках свежих сплетен и возможностей, оставляли желать лучшего.
Тяжело вздохнула. Я прекрасно понимала, что там, где власть и золото, надеяться на честность и порядочность просто смешно, но как же этого хотелось! В чешуйчато-крылатой империи и вовсе было страшно за дверь из своих покоев выходить.
Помаявшись дурными мыслями и не дождавшись никого из тех, кто с энтузиазмом помчался несчастного лорда советника допрашивать, легла спать, так и не придумав, с какой стороны подступиться к леди Диаре.
Серой тенью лорд Родерик занял излюбленное место на подоконнике и с лёгкой грустью во взгляде посмотрел на спящую Аэриту. Девушка спокойно спала, такая беззащитная и ранимая, что и не скажешь, какая сила скрыта в ней…
Ему безгранично повезло, что Аэрита такая – деятельная, умная, находчивая, преданная, уверенная… забавная. Слишком добрая, да ещё это её желание постоянно привечать всех сирых и убогих… но даже эту слабость она смогла сделать своей сильной стороной – её открытость неизменно располагали к себе, а она даже не понимала этого, относясь ко всем с одинаковой благосклонностью, что ко второму наследнику Поднебесной, что к деревенским старостам.
