Масоны у власти полностью

Но вернемся к первым масонским ложам Александровского царствования. Наряду с розенкрейцерами и ложами французского обряда весьма уверенно заявили в это время о себе и шведские ложи.

Первым шагом на пути возрождения шведских лож в России стало открытие 11 октября 1805 года в Петербурге ложи «Александра благотворительности к коронованному пеликану». Масонская легенда гласит, что открытие ее стало возможным в результате разрешения, якобы полученного в 1804 году директором канцелярии Рижского военного губернатора А.С. Сергеевым. Согласно другой версии, еще раньше в 1803 году такое разрешение получил префект «Капитула Феникса» для лож шведского обряда И.В. Бебер. «То, что Вы говорите мне о масонстве, — якобы заявил ему император, — обязывает меня не только оказывать ему покровительство, но и просить меня принять в число франкмасонов. Считаете ли Вы это возможным ?» — якобы спрашивал Александр I. «Государь, — отвечал Бебер, — я не имею права сам дать ответ Вашему Величеству. Я соберу масонов Вашей столицы, объявлю им о Вашем желании и убежден, они поспешат исполнить его». Вскоре, то есть в этом же 1803 году Александр I якобы действительно получил посвящение. Однако верить этому сообщению едва ли возможно, так как И. В. Бебер в своей записке «Несколько замечаний о масонстве в России» (1815) однозначно относил возобновление масонских лож шведской системы в Петербурге к 1805 году⁵⁹. Что же касается версии о принадлежности Александра I к шведскому масонству, то В. И. Семевский находил ее весьма сомнительной⁶⁰.

Как бы то ни было, 11 октября 1805 года состоялось второе рождение еще одной екатерининской ложи «Пеликан» (1783)⁶¹,

правда, под несколько видоизмененным названием в честь Александра I — «Александра благотворительности к коронованному пеликану». Отличительным знаком братьев, принадлежавших к этой ложе, был серебряный иоанновский крест, украшенный золотым солнечным сиянием, в центре которого было изображение коронованного пеликана, кормящего своих птенцов. Возглавил ложу уже известный нам И.В. Бебер. К 1809 году ложа эта настолько разрослась, что было решено выделить из нее 1 июня еще одну шведскую ложу — «Елизаветы к добродетели» (названа в честь жены Александра I императрицы Елизаветы Алексеевны). Возглавил ее уже упоминавшийся выше старый масон екатерининского времени Александр Сергеевич Сергеев. Отличительным знаком ложи была золотая пятиконечная звезда. Как и в ложе «Соединенных друзей», в составе ее преобладала петербургская знать. В 1809 году возобновил свои работы и «Капитул Феникса» для лож шведского обряда (И.В. Бебер,

В.В. Мусин-Пушкин-Брюс, С.П. Фонвизин, М.П. Баратаев и др.)

22 мая 1810 года от ложи «Александра благотворительности коронованному пеликану» отпочковалась еще одна ложа — «Петра к правде», куда вошла по преимуществу немецкоязычная ^петербургская интеллигенция, чиновники, купцы, врачи, ремесленники, торговцы. Возглавил ее известный в то время врач Юбуховской больницы Иоганн-Георг (Егор Егорович) Эллизен. Все три ложи работали по одним и тем же шведским актам и имели одну общую кассу. Для общего же управления ими в том же 1810 году была образована Великая Директориальная ложа «Владимира к порядку». Гроссмейстером ее и стал И.В. Бебер, .который исполнял эту должность до 1815 года. Общее число ма-)сонов «шведской системы» в 1810 году составляло 114 человек.

^ Как и во второй половине XVIII века, пополнялись шведские рожи преимущественно представителями старого родовитого ■ русского барства: князья Голицыны, Гагарины, Волконские, Щолгорукие, Лобановы-Ростовские, Трубецкие, графы Апраксины, Разумовские, Строгановы, Толстые, Чернышевы, Шуваловы, а также Нарышкины, Бороздины, Римские-Корсаковы, ||1анские и др. В дни официальных собраний Директориальной рожи «Владимира к порядку» перед домом, где обычно собирались масоны, стояло до 200 экипажей⁶².

л Всего в 1810 году в Петербурге насчитывалось до 239 масо-||юв плюс 25 почетных членов масонских лож. Примерно столько же было скорее всего и в других городах⁶³. Итого около 500 1$$ратьев. По тем временам это была уже немалая сила.