Когда человек обретает свободу, ему открывается истина. Опасения и страхи покидают человека, и он парит над суетой, возвеличивается над условностями, а мысль стремительно уносится прочь, достигая вершины разума.
«Я свободна! Я — свободна!» — эти слова не выходят у меня из головы. Да, я покинула театр и нисколечко не жалею. Зависеть от директора идиота, прогибать спину и ждать роль, словно подачку из милостивых рук? С меня хватит!
Не знаю, вернусь ли я, когда-нибудь на сцену. Если только к моей свободе добавится сила магии? А ведь рано или поздно это случится, и я стану стопроцентной ведьмой.
Я осталась дома. Попросила Климента дать мне немного времени, чтобы я успокоилась. Я ужасно зла на него, а почему злюсь, сама не знаю. Меня всё равно бы нашли, рано или поздно и ещё неизвестно, как бы обошлись со мной другие — Мастер очень добр ко мне и старается помочь. Разве Климент виноват, что я родилась ведьмой в потомственном ведьмовском роду. Сколько их, загубленных душ "во спасение". В этот раз жребий пал на меня. Но я не намерена сидеть, сложа руки и ждать, когда со мной случится что-то непоправимое — я попробую помочь себе.
Если верить Мастеру, то каждые семь веков происходит перезагрузка Мировой Энергетической силы. Но перезагрузка не может пройти бесследно, и обязательно оставит негативные последствия в истории. Посмотрим, что случилось в прошлый раз. Нас, конечно, интересует век четырнадцатый.
Хорошо, когда под рукой есть ноутбук, мне не хватает его на острове. И почему они не пользуются научными достижениями? Забитый народ эти древние маги.
— Значит, мы ищем главные мировые события четырнадцатого века. «Чума, разыгравшаяся в те далёкие времена и последствие засухи, повлекла за собой голод и нищету. Специалисты называют одну из страшных эпидемий чумы в мировой истории — «Черная смерть». Она возникла в четырнадцатом веке в пустыне Гоби. Болезнь распространялась стремительно. Первыми пострадали от губительной напасти Китай и Индия. А дальше, по Великому шёлковому пути, чума проникла в Европу и Ближний Восток. За пару десятилетий, чума унесла более шестидесяти миллионов жизней»
Вот так. Ничего не проходит бесследно. Следовательно, и в этот раз не обойтись без жертв. Чего ждать, никто не знает, но должно случиться что-то ужасное.
Не буду забираться ещё глубже в века, чтобы удовлетворить свой интерес, итак всё ясно.
— Ладно, я больше не сержусь, — примирительно сказала я, почувствовав Климента. Он в комнате. Я обернулась и увидела Мастера, он сидит в кресле и наблюдает за мной. Я очень рада видеть его, за окном темнеет, а я с недавних пор не выношу темень, тем более, не могу оставаться одна.
— Хочешь разобраться, что к чему? — спросил он.
— Я должна знать, с чем имею дело. Но прежде хочу заметить, что у нас свой взгляд на сотворение мира.
— Разница невелика, — улыбнувшись, сказал Климент. — Вы обращаетесь к Богу, а мы к Высшим силам. Мы знаем, наверняка, что Энергетический мир существует, а вы лишь строите догадки. И простейшие не враги человеку — они оберегают каждого из вас и первыми встают на защиту. И, кстати, ведьмы в первую очередь должны благодарить простейших. Если бы мы тогда не вмешались, ваш род был бы истреблён окончательно.
— Что? — Моему удивлению нет предела. — То есть, ты хочешь сказать, что простейшие…
— Так и есть, — посмеиваясь, кивнул он.
Даже не знаю, что сказать. Климент только что признался, что он Ангел. Это так странно. Но, я уже ничему не удивляюсь — всё может быть.
— Ладно, спасибо, — поблагодарила я простейших в лице Климента.
— Элис самоустранилась, я проверил информацию.
Ну, хоть Элис не будет больше доставать меня и строить козни.
— Я бы хотела взглянуть на простейшего, который «сочинил» мне судьбу. Почему он решил, что я не заслуживаю счастья.
— Могу устроить встречу, — предложил Климент.
— Обойдусь, — огрызнулась я. Не ожидала, что это возможно. — Сейчас меня заботит моё чудесное спасение. Я не хочу погибнуть в рассвете лет.
— Я помогу тебе. У нас ещё есть время, не спеши с выводами, — попытался успокоить меня Мастер. — Надеюсь, ты не поделилась своим открытием с подругами?
— Нет, конечно, — ответила я. — Да и что я им скажу? Мы все умрё-ё-ём, — в шутку изображая ужас, произнесла я.
— Никто не умрёт, верь мне, — пообещал Климент. — Информация, о Мировом хаосе оказалась весьма полезной, я изложил в докладе всё, что мне стало известно. Надеюсь, нам удастся устранить неполадки в изжившей себя системе. — Климент несколько минут молчал, а я обдумывала его слова. Хорошо бы если так. Никому не пришлось бы страдать. — Может, поедим чего-нибудь? — предложил Климент.
— Чтобы что-то поесть, надо, что-то приготовить, а чтобы что-то приготовить, нужно пойти в магазин и что-нибудь купить.
— Это слишком заморочено, — поморщился Климент. — Просто пойдём в «Оперу» — предложил он.
