- Всё началось недели три назад. Мы с родителями, как обычно летом, собирались уехать в наше поместье во Францию. Но однажды отец вернулся откуда-то сам не свой. Он поговорил с мамой, и мы, срочно собрав только по одному чемодану, аппарировали в наш дом неподалёку от Милана. Это совсем не походило на наши обычные поездки, когда мы путешествовали через всю страну в роскошном личном железнодорожном вагоне с кучей вещей. Одни сборы в такую поездку занимали неделю, а тут – почти бегство. Тогда я не очень заинтересовался странностями в поведении родителей, но когда мама стала контролировать каждый мой шаг в доме, не выпуская за его пределы, мне стало любопытно, что же случилось. Поскольку меня явно не собирались ставить в известность об угрожающей нам опасности, от которой мы прятались в Италии, пришлось подслушивать все мамины разговоры. Правда, узнать удалось немного. Единственное, что я понял, мною очень сильно заинтересовался Тёмный лорд. И зачем я ему мог понадобиться, ведь мне ещё год до совершеннолетия, и речь не может идти о Посвящении? Наконец, я не выдержал и пристал к матери с расспросами. Она сказала только, что нам сейчас опасно оставаться в Британии, и мы должны пока пожить в Италии. Мы как раз разговаривали с ней в кабинете, когда прилетела сова от крёстного с посланием. Мама прочитала записку, побледнела и велела мне срочно собирать вещи. Но мы не успели собраться. Только мама сожгла письмо крёстного, как заверещали сигнальные чары, а потом Защита дома отключилась. Я ещё стоял в ступоре, смутно понимая, что произошло что-то серьёзное, а мама моментально нажала потайной рычажок на панели, отодвигающий в сторону огромное – до пола – двустороннее зеркало, втолкнула меня внутрь, парализовав «Ступеффаем», и возвратила зеркало на место. Последние слова, которые я от неё слышал, были:
«Прости меня, сынок».
Драко замолчал, как будто заново переживая кошмар, случившийся с ним в Италии, но потом взял себя в руки и продолжил рассказ:
- Я стоял в потайной нише, не в состоянии пошевелить даже пальцем, и смотрел, как в камине загорелся зеленоватый магический огонь, и из него в кабинет шагнули Грейбек, Рудольфус и Рабастан Лестранжи. Мама даже разговаривать с ними не стала, сразу атаковала боевыми заклятиями, они успели увернуться и ответили ей тем же. Завязался неравный бой. Какое-то время маме удавалось уворачиваться от проклятий, но потом её «Сектусемпра» попала в Грейбека, и он озверел… Я видел, как… - Драко снова замолчал, пряча глаза и пытаясь незаметно справиться с набежавшими на них слезами. Марк и Герми отвели взгляды, чтобы не смущать гордого юношу. Ни у одного из них язык не поворачивался спросить, что же произошло дальше. Но парень взял себя в руки и продолжил чуть хрипловатым напряжённым голосом:
- Я видел, как Фенрир разорвал ей горло. Кровь брызнула фонтаном, а мама… Я никак не мог поверить, что она умерла. Но Лестранжи оттащили оборотня, а её… тело осталось лежать на полу, как сломанная кукла. Я… - Драко втянул ртом воздух, подавляя рыдания, рвавшиеся из горла, - Я пытался побороть действие заклятия, но у меня ничего не получилось. Я не сумел её защитить!
Он помолчал ещё немного, успокаиваясь, и уже бесстрастно продолжил:
