Сознание возвращалось постепенно. Тело было каким-то нереально лёгким. Не тем скованным болью и страшной усталостью, каким он его помнил. Казалось, каждая клеточка была наполнена негой. Вырываться из такого спокойного и безумно красивого призрачного мира не хотелось, но чей-то голос настойчиво звал его: «Маркус, вернись! Вернись к нам, Тигрёнок!» Юноша попытался зарыться с головой в мягкую, тёплую ткань, окутывавшую его, словно коконом, но сильные руки подхватили под спину безвольное тело и прислонили к чьему-то плечу, поднося к сомкнутым губам флакон с какой-то жидкостью:
- Маркус, выпей это. Выпей, я прошу.
Настойчивый голос не замолкал ни на секунду, не давая юноше вернуться в тот прекрасный нереальный мир, в котором было так хорошо и спокойно. Он чувствовал, как чья-то рука гладила его по лицу, а голос всё уговаривал открыть рот. Сопротивляться не хотелось, и юноша проглотил горькое зелье, только чтобы его оставили в покое. Голос и впрямь пропал, а тело вновь окунулось в негу мягких простыней. Видимо, на какое-то время он вновь провалился в беспамятство, вернувшись в своё сказочно прекрасное убежище. Но прежнего счастья и спокойствия не было. Чего-то словно не хватало. Парень беспокойно завозился в постели, и тотчас же на лоб ему опустилась прохладная ладонь, а всё тот же голос нежно прошептал:
- Спи…
Марк притянул к своей груди гладившую его волосы руку и вновь погрузился в сон. Сквозь него он иногда слышал приглушённые голоса, но когда обладатель захваченной им в плен кисти попытался освободить свою конечность, протестующее застонал. Тотчас же другой голос стал мурлыкать что-то нежно-успокоительное ему на ухо, и юноша успокоился, на этот раз уснув крепко и без сновидений. Разбудили его тихие голоса:
- Сев, нам надо вызвать колдомедиков из Св. Мунго. Он не приходит в себя третьи сутки.
- Ш-ш-ш, Люц, он просто спит. Поппи осматривала его, опасности для жизни нет. Просто серьёзное магическое истощение.
- Мерлин великий! Я поражаюсь, как он не умер после такого расхода Силы. Ты же видел: «Ступеффай», который он пустил в этих двух мразей, был последней каплей. Да ещё это ранение…
- Кэс считает, что Марка спасло его падение на тела ещё живых марионеток. Его дар защитил жизнь своего хозяина, забрав магию троих из них.
- Да хоть всех! Главное, что это помогло ему выжить!
- Тс-с-с, тихо. Не буди его. Ему нужно восстановить силу, - чуть шершавая рука Северуса убрала с лица Марка упавшую на глаза прядь и очень нежно погладила скулу. – Что там в Министерстве?
- «Охота на ведьм» в полном разгаре. Мне пришлось приструнить кое-кого, чтобы поумерили свою кровожадность. Руфус и этот Груббер такого порассказали, что не только нас, но и Европу будет лихорадить не один месяц. Кингсли рвёт и мечет, хоть и держится в пределах разумного. Я бы на его месте провёл чистку гораздо жёстче. Но он своих сотрудников лучше знает. Едва сумел вырваться: журналисты заели. Чуть не выполнил твоё обещание, данное Скиттер. Мерлиновы причиндалы! Северус, кто-нибудь, наконец, поставит эту крашеную тварь на место, или я её когда-нибудь зааважу?! Опять приставала с вопросами о браке. Намекнула, что обратится к членам Совета и в Визенгамот, если ты и завтра не появишься в Министерстве.
- Плевать я хотел на её угрозы. Рочестер был тут, я ему всё популярно объяснил. Он обещал попридержать этих акул, но посоветовал тебе усилить Защиту на поместье…
- Уже. Сев, иди поспи, ты вторые сутки на ногах. Я останусь с ним.
- Ты и сам в прошлую ночь не сомкнул глаз. К тому же… Я, кажется, попал в плен, - в низком голосе Северуса ощущался добродушный смех. - Тигрёнок не выпускает мою руку.
- Сейчас, - восхитительно мягкая поверхность, на которой лежал Маркус, прогнулась под чьим-то весом, и юноша почувствовал, как кто-то осторожно обнял его, прижимаясь к спине. Лежать так было тепло и приятно, и он вновь провалился в сон, выпустив из захвата удерживаемую им кисть руки. А чей-то тихий баритон опять напевал ему на ухо старую балладу.
