– Молчать! – я провёл лезвием по её груди и кончиком ножа поднял её голову за подбородок. – Посмотри на меня! – она подняла свои преданные до бесконечности глаза, тонущие в отчаянии. – Ты перешла рамки дозволенного для нижней.
По её лицу потекли слёзы.
– Вы забыли обо мне, – она плакала и преданно смотрела в глаза, – а я ради вас готова на всё. Неужели вы отреклись от меня?
– Нет, что ты. Ни в коем случае.
– А она? – Кристина показала пальцем на Нику.
Я не стал отвечать на этот вопрос. Если сказать правду, это ещё больше травмирует её психику, обмануть – значит дать ей надежду и расстроить Нику.
– Кристина, давай помогу тебе одеться.
Я наклонился, поднял кофточку и подал ей.
– Может быть, ты хочешь воды?
– Нет! Скажите, вы всего лишь использовали меня?
– Мы все друг другом пользуемся в той или иной степени. Разве не так? Ведь ты тоже мною пользовалась для получения удовольствия? – я стоял напротив неё.
– Я не использовала вас! – она занервничала. – Только выполняла ваши прихоти и желания.
– Но ты ни разу не сказала стоп-слово, значит, тебе это нравилось.
– Нет, не нравилось.
– Зачем же ты терпела?
– Ради вас.
– Кристина, ты знаешь правила. Нельзя приносить себя в жертву ради партнёра, – в ответ тишина. – И не ври, тебе нравилось, я видел! – она опустила голову. – Ты относилась ко мне всего лишь как к инструменту для получения удовольствия.
Она подняла глаза, полные слёз. Её кофточка тут же стала промокать.
– Вы путаете меня… мои мысли… Вы не были инструментом. Никогда так не считала. Вы для меня бог. Я любила и люблю вас, мой господин.
– Это не любовь. Это привычка, привязанность, – я снова обошёл вокруг неё, – слабость.
– Не хочу жить без вас… я покончу с собою…
– Кристина, – сказал, обнимая её, – не говори глупостей. Ведь ты прекрасная девушка, которая должна жить, радоваться восходам и закатам, развлекаться с подружками, веселиться, танцевать, знакомиться с мужчинами. Ты обязательно встретишь мужчину. Он будет лучше, чем я. Родишь ему малыша, и не одного, будешь прекрасной матерью.
Она оттолкнула меня.
– Что?! С таким телом?! Вы видели моё тело?! Кому я нужна?! Кто теперь посмотрит на такую, как я? Посмотри, в чём я хожу? – она в первый раз обратилась ко мне на «ты». – В закрытой одежде. Если раздеваюсь, то меня спрашивают: «Что с тобой случилось?», или «Тебя пытали?», или просто делают вид, что не замечают, а сами косятся и думают неизвестно что… Какой мужчина обратит на меня внимание? Даже перед матерью раздеться стыдно… А представь, каково быть ребёнком такой матери, как я? Ты изуродовал меня и выбросил…
– Я оплачу тебе любую клинику. Сейчас это можно исправить.
– А сердце? Сердце тоже можно исправить?! На нём такой же рисунок из шрамов, как и на теле! Я каждый шрам помню, закрываю глаза и вижу нож, лезвия, цепи, твои одержимые глаза, затёкшие руки и ноги от верёвок, чувствую боль будто заново… Сердце всё помнит.
– Кристина, я не заставлял тебя всё это делать! – внутри всё начало закипать, Ника слышала и снова видела во мне монстра. – Ты в курсе, что есть стоп-слово. Хочешь обвинить меня в том, что сама не знаешь меры?!
Она поняла, что перегнула палку, успокоилась и сказала:
– Нет, что вы, вас невозможно в чём-то винить, вы совершенство, – снова опустила голову и убрала руки за спину.
Я понимал, это болезнь, это помешательство и без помощи специалистов здесь не обойтись.
– Кристина, вместе со мной приехали люди, я провожу тебя, и ты поедешь с ними.
– А вы… тоже поедете со мной? – с надеждой спросила она.
– Нет.
– Я без вас ни с кем не поеду, – замотала она головой.
– Поедешь! – руками обхватил её лицо. – Это моё желание. Я твой господин! Пообещай мне.
– Знаю, вы хотите отправить меня в больницу, все мне говорят, что я больная… даже она, – Кристина показала глазами на Нику.
– Ты не больная, просто запуталась.
– Если меня положат в психушку, я больше никогда вас не увижу.
– Обещаю, туда тебя не положат. Это частная клиника, где очень комфортные условия, добросовестное отношение персонала, у тебя будет отдельная палата. Я буду тебя навещать… обещаю.
– Мне страшно.
– Ты такая сильная и смелая, знаю, ты ничего не боишься.
– С вами не боюсь, а одна я трусиха.
Мы вышли, я посадил её в машину, ещё раз пообещал, что не брошу, и вернулся к Нике.
В кабинете её не было. Из туалетной комнаты доносилось журчание воды. Я открыл дверь и встал в проёме. Ника, увидев меня, тут же вздрогнула. Её лицо и руки были мокрые. Мы молча смотрели друг на друга. Я пытался прочитать по её глазам, что она думает и чувствует, но увидел только страх…
***
Макс сделал ко мне шаг, я отпрянула назад.
– Ника, что происходит? – настороженно спросил он.
– Не подходи ко мне!
– Что опять? Почему? – спросил он и сделал ещё шаг.
– Макс, мне хочется побыть одной, – стараясь держаться уверенно, ответила я.
Он остановился. Молча смотрел на меня, сдерживая свой пыл.
– Хорошо, буду ждать тебя в машине.
– Нет, не стоит. Я поеду сегодня домой… хочу одна обо всём подумать.
– О чём здесь думать, Ника?! – не сдержался он.
– Мне есть о чём.
– Она больная, ты разве не видела?!
