Санса закрыла глаза, погружаясь в мелодию. Она чувствовала тепло его дыхания рядом с собой, слышала его тихое дыхание. Почему-то это не пугало её, а наоборот, дарило ощущение защищённости.
После концерта они медленно шли по коридорам замка.
— Спасибо за этот вечер, — сказала Санса. — Давно я не чувствовала себя так... живой.
— Живой? — переспросил Мизинец.
— В Долине было спокойно, но как-то... пусто. Словно я просто существовала, а не жила. А здесь, с вами... — Она запнулась, ища слова. — Всё кажется ярче, интереснее.
Мизинец остановился и повернулся к ней.
— Санса, — сказал он мягко, впервые назвав её по имени без титула. — Вы позволите мне быть с вами откровенным?
Она кивнула, глядя в его серо-зелёные глаза.
— Этот брак начинался как политическая необходимость. Но знакомство с вами... меняет всё. Вы не такая, какой я вас представлял.
— А какой вы меня представляли? — тихо спросила она.
— Сломленной девочкой, нуждающейся в защите. А оказалось — сильной женщиной, способной быть партнёром.
Санса почувствовала, как краска заливает её щёки.
— Я тоже думала о вас иначе, — призналась она. — Думала, что вы холодный расчётливый человек. А вы... добрый.
— Добрый? — удивился Мизинец.
— Вы заботитесь о моём комфорте, интересуетесь моими мыслями, показываете мне красивые вещи. Разве это не доброта?
Мизинец протянул руку и осторожно коснулся её щеки.
— Возможно, вы правы, — проговорил он. — Возможно, доброта — это то, что рождается рядом с вами.
В тот момент Санса поняла, что влюбляется. Не в принца из песен, а в этого сложного, умного, внимательного человека, который относился к ней как к равной.
— Петир, — прошептала она, тоже впервые назвав его по имени.
— Да?
— Я рада, что выйду за вас замуж.
И впервые он поцеловал её — нежно, осторожно, как бесценную драгоценность.
Санса поняла, что больше не боится свадьбы. Наоборот, она с нетерпением ждёт того дня, когда станет не просто леди Бейлиш, а женой человека, которого полюбила по-настоящему.
Подготовка к свадьбе началась за месяц до намеченной даты. Королева Серсея взяла на себя организацию торжества, видя в этом возможность продемонстрировать великолепие двора и собственную важность.
— Свадьба главного министра должна затмить все предыдущие торжества, — заявила она на совещании с распорядителями. — Пусть весь мир увидит, как король чествует своих верных слуг.
Санса каждый день проводила часы на примерках. Портные из Мира создавали для неё подвенечное платье из белого шёлка с серебряной вышивкой. Узор изображал переплетённые лютоволков и пересмешников — символическое единение домов Старк и Бейлиш.
— Мне кажется, рукава слишком широкие, — сомневалась Санса, рассматривая себя в зеркале.
— Напротив, миледи, — возражал главный портной. — Широкие рукава подчёркивают изящество ваших рук. А когда вы будете идти к алтарю, они создадут эффект парящей птицы.
Мизинец заходил на примерки, давая советы и одобрения. Его присутствие всегда успокаивало Сансу, превращая утомительную процедуру в приятное общение.
— Что вы думаете об этой диадеме? — спрашивала она, примеряя украшение из белого золота с сапфирами.
— Красиво, но слишком вычурно, — отвечал он. — Вы сами по себе драгоценность. Украшения должны оттенять вашу красоту, а не затмевать её.
Он заказал для неё особую диадему — тонкий ободок из валирийской стали с единственным крупным сапфиром в центре.
— Простота — высшая элегантность, — объяснял он, водружая украшение на её голову. — Этот камень цвета ваших глаз будет виден издалека.
Вечерами они проводили всё больше времени вместе. Мизинец показывал ей свои планы развития королевства, объяснял тонкости политики, делился мыслями о будущем.
— Смотрите, — говорил он, разворачивая карту перед ней, — через десять лет мы соединим все крупные города железными дорогами. Путешествие из Винтерфелла в Королевскую Гавань будет занимать дни, а не недели.
Санса внимательно изучала схемы, задавая вопросы.
— А как быть с горами в Долине? — спрашивала она. — Там слишком крутые склоны.
— Мы пробьём туннели, — отвечал Мизинец. — И-тийские инженеры знают, как это делать. Или построим мосты по их технологиям.
— Это будет очень дорого.
— Сначала да. Но потом окупится многократно. Быстрая торговля означает больше прибыли для всех.
Санса восхищалась масштабом его замыслов. Мизинец думал не годами, а десятилетиями, планируя будущее целых поколений.
— А что будет с простыми людьми? — спрашивала она. — С крестьянами, ремесленниками?
— Они станут частью новой системы, — объяснял он. — Лучшие условия жизни, образование для детей, медицинская помощь. Счастливые подданные — основа сильного государства.
— Вы думаете о них как о людях, а не как о ресурсах, — заметила Санса. — Это редкость среди правителей.
— Возможно, потому что я сам был никем, — ответил Мизинец. — Младший сын мелкого лорда с крошечного острова. Я помню, что значит быть незначительным.
В такие моменты Санса видела в нём не могущественного министра, а человека со своими болями и мечтами. Это делало её чувства к нему ещё глубже.
