Меня несколько раз допрашивали, и я выступила на одном из судебных заседаний, когда судья имел ко мне вопросы, но на остальные ходить отказалась.
Просто не могла себя заставить смотреть на этого человека и его адвоката, человека, которого я знать не знала, которому я ничего не сделала. Но который решил ради личного обогащения разрушить столько жизней.
Сегодня должно было состояться финальное заседание.
Но я старалась об этом не думать. И поэтому не думала просто ни о чем, сидела, глядя в пустоту и рассеянно поглаживала мистера Ящерицу, лежащего на коленях.
Когда зазвонил телефон, мой голос для самой меня звучал далеким и безэмоциональным.
— Резиденция сэра Фаулера, слушаю вас.
— Мисс Ривс! Мисс Ривс мы выиграли дело! Трауман получил пожизненное. Фабрика снова принадлежит вам, а кроме этого вам полагается компенсация за ущерб в размере…
Мистер Райли что-то еще говорил, но все это значило для меня только одно: пора.
—
Я уже давно не чувствовала себя настолько робкой перед дверью этого кабинета. Нужно было всего лишь протянуть руку и постучать, но почему-то неимоверно сложно было найти на это силы.
И дверь, которую я гипнотизировала взглядом, как будто бы отдалялась, намекая, что может быть не стоит.
Спохватившись, я охнула, топнула ногой — и ковровая дорожка, которая невзначай, миллиметр за миллиметром складывалась в гармошку, оттаскивая меня от этой самой двери, рывком распрямилась, чуть меня не уронив.
— Прекратить хулиганство! — прошипела я и тут же постучала в дверь, демонстрируя себе и девицам, что решение мое правильное и обжалованию не подлежит.
— Входите, Анна.
Сэр Кристофер сидел за столом, но на этот раз перед ним были разложены не бумаги, а огромное количество очень странных предметов очень странных форм, выполненных из очень разных материалов. Одного взгляда на все это было понятно, что того, что я подчерпнула в “Основах артефакторики” за последние пару месяцев, будет явно недостаточно даже просто для того, чтобы определить, для чего все это нужно.
— Меня крайне впечатлило, что Айрис, будучи магом, может принимать иллюзионную форму, — живо поделился артефактор, едва я зашла в кабинет. — Я работаю над тем, чтобы расширить эту способность, и усилить ее. А с учетом того, что блуждающие души и так могут воздействовать на предметы, мне кажется, будет любопытным попробовать создать материальную иллюзию…
Больше всего на свете мне хотелось забыть о том, зачем я сюда пришла и просто погрузиться вот в этот разговор. Узнать, что он придумал для Айрис и как планирует это претворить в жизнь, и что это за штуки и для чего они нужны. Но…
Нет. Я должна.
Я приняла решение давно. Было очевидно, что дело я выиграю. Даже если бы мне не вернули дело родителей, вина тех, кто совершал покушения на мою жизнь, была доказана. И даже полагающейся по закону минимальной компенсации хватило бы на магические курсы, а то и на то, чтобы закончить обучение в университете. Значит, работать в этом доме больше не будет необходимости.
А желание в нем работать настолько велико, что ни к чему хорошему для меня не приведет.
А сэр Кристофер… справится. Справлялся же он все эти годы без идеальной экономки. В конце концов, кто сказал, что ему не может снова так же невероятно повезти со следующей! (Ну или хотя бы со следующей десятой по счету…).
И, собравшись с духом, я все же перебила воодушевленную речь про возможные усовершенствования дома и Айрис.
— Сэр Кристофер, я пришла, чтобы подать заявление об увольнении, — с трудом произнесла я, опустив глаза и протягивая ему аккуратно составленную и подписанную бумагу. — Я выиграла дело. У меня больше нет необходимости работать.
И пусть причина моего увольнения совсем не в этом, артефактору об этом знать совершенно не полагается.
— Я, конечно же, немедленно займусь поиском подходящей замены и останусь для того, чтобы достойно ввести ее в дела дома.
— Хорошо, давайте, я подпишу — абсолютно спокойно произнес мужчина, и я не выдержала и удивленно вскинула глаза.
Сэр Кристофер принял мое заявление и окинул его взглядом, будто проверял, что все составлено верно.
А я вместо облегчения почувствовала себя крайне уязвленной.
Я так готовилась оправдываться, уговаривать, отстаивать свое право, я так привыкла к тому, что он рассчитывает на меня, что я ему нужна, а тут…
“Хорошо”...
Артефактор идеально отточенным жестом поставил подпись на моем заявлении, тем самым заверяя, что я вовсе не настолько незаменимая персона в его жизни, какой привыкла себя считать.
С другой стороны, с учетом того, сколько у него из-за меня было проблем…
Но я же не виновата!
И… и…
Глаза отвратительно слезились.
— Теперь, когда вы больше не являетесь моим работником, Анна, у меня есть вопрос.
Я моргнула, очень надеясь, что глаза не слишком сильно покраснели.
— Да, сэр Кристофер?
— Вы выйдете за меня замуж?
Мне показалось, что слух меня подвел.
— П-простите… что?
Сэр Кристофер сцепил лежащие на столе руки в замок и спокойно повторил:
— Вы выйдете за меня замуж?
— Я… вы…