– Ты сам себе противоречишь, недалёкий, – хмыкнул Ветрана, и не думая стесняться ни макания в грязь прилюдно, ни своего внешнего вида. – Дуэли запрещены между представителями разных сословий. А ты, сыном дворянина будучи, вызвал на поединок простолюдина. Потому будь добр, отпусти людей спать. Прими смерть молча, и мы разойдёмся.
Приблизительно об этом и шептались зрители.
И, не давая никому опомниться, наследница рода Морозовых громко произнесла на весь коридор:
– Мастеров Александр Александрович выступил в защиту поруганной девичьей чести светлейшей княжны Ветраны Властиславовны Морозовой! Его противником и виновником инцидента является Бесчестных Дмитрий Пелагиевич. Согласно действующему в Империи Дуэльному кодексу я, как вызвавшаяся судить дуэль, испрошаю обе стороны. Готовы ли они разойтись миром, или же грядёт бой до самой смерти?
Хех... девчонка-то вжилась в роль. Уж не знаю местных дуэльных правил и насколько всё следует протоколу, но театральности и артистизма Морозовой не занимать.
Ведает ли она того или да, но сейчас девушка в точности следует одному из главных сводов правил для лидеров общественного мнения: говори много, громко и уверенно, а там уже неважно, что за бред ты несёшь. Люди идут за уверенными предводителями. На стороне Морозовой и положение в обществе (у светлейшей княжны всяко больше веса авторитета, чем у залётного простолюдина), и чётко поставленный командный голос, и грамотная подача претензии. Мол, «меня обидели, вы все свидетели».
– Дорогой мой Александр Александрович? – спросила меня она. – Готовы ли поступиться моей осмеянной добропорядочностью и отозвать свои претензии, дабы избежать смертоубийства?
Даже среди ночи от меня не могло не укрыться, как при посторонних называет меня Ветрана. Всячески пытается выделить обращением и показать своё ко мне расположение, чтобы и в глазах чужих я выглядел этаким плюшевым мишкой с пулемётом. Милый, добрый, свой, но злой и с кулаками.
Я пожал плечами.
– Да не вопрос. Сейчас начищу рыло этой обезьяне, и пущай ступает себе с миром. Я за его скальпом не охочусь, не кровожадный. Пусть живёт.
– Дмитрий Пелагиевич? – чисто для проформы спросила светлейшая княжна. – Сойдётесь ли на примирении и разойдётесь? Или же благородно примите смерть, как уже давно вам положено?
Самолюбия одноразового противника девушка не жалела. Вчера она буквально уничтожила его, а сегодня плясала на костях. Как будто она точно знала, кто сегодня победит в дуэли.
– Сегодня точно умру не я, – снисходительно фыркнул мой противник.
Бесчестных во всём демонстрировал своё моральное превосходство. Был спокоен. Не психовал. Не поддавался на провокации Веты. Всячески играл на публику и поворачивал события в лишь ему одному необходимое русло. Два пункта уже сделано: спровоцировать меня на дуэль и показать зрителям, насколько он уверен в исходе затеянной им игры.
А в то, что происходящее – его рук дело, сомневаться уже не приходится. Слишком вовремя появился и слишком нелогично действует. Тут непонятно откуда взявшийся аномальный зверь лежит убитым и чуть обитательницу Академии насмерть не задрал, а он, видишь ли, простолюдинов на дуэли вызывает! Да тут сам Всевышний гласом своих апостолов велел экстренно поднимать в ружьё гарнизон Оболенска! А ещё лучше – эвакуировать курсантов, если они по штатному боевому расписанию не участвуют в обороне городка. Этот же тип ведёт себя так, будто бы знает, что угроза устранена, и больше ей взяться неоткуда. Неужели он и призвал эту сущность? Зачем? Поквитаться с Ветраной за вчерашнее оскорбление? Он, вроде как, на её дырки претендует… зачем ему скармливать девушку зверю на растерзание? Или у него такой извращённый расклад в уме? «Хочу жениться, поэтому разорву в клочья, причём буквально»?
– Дуэлянтам предъявить оружие! – лязгнула командным голосом девушка.
В моём мире часто право выбора оружия оказывалось за тем, кого вызывают. Но досконально вопрос не изучал: было незачем. Тут же выбор у меня невелик. Пистолет разряжен, патронов нет ни в одном из магазинов. Остаётся вон та швабра, что валяется возле плинтуса, да НРС: нож разведчика стреляющий. С ним я впервые попал в этот мир, и с тех пор не расстаюсь, в какой бы одежде и куда бы ни следовал.
Вряд ли додик фестивальный имеет привычку носить по ночной академии огнестрельное оружие. Да и не похож он на Джеки Чана, чтоб вешалками, скамейками, швабрами и прочим подручным хозяйственным инвентарём начищать противникам грызло.
Выбор оружия и мои логические доводы подтвердились сразу же.
Так уж получилось, что свои клинки мы извлекли одновременно. Предпочтение моего оппонента – тоже нож. Его он извлёк из-под полы относительно длинного мужского пиджака.
Что, опять же, странно. На часах глубоко за полночь, юноши и девушки высыпались в коридор на шум, галдя, в ночных рубашках (некоторые девчонки, как наши Катя и Настя, даже босиком: на шухере забыли про тапочки). А этот кадр при полном параде. Белый китель-пиджак, белые брюки, белые туфли…
Хотя, в его случае, они быстрее тапочки.
