— Очень упрощённо, всё выглядит так! — повышая голос, стараясь перекрыть шум винтов, громко констатировал я. — Мы видим всё то, что видит борт! Он способен лететь десятки километров на одном заряде! После требуется смена питающих элементов! Отлетел, сел, перезарядился, и полетел дальше! Оценить безопасность следующей точки для прохода поможет визуальная компонента! Мы можем наблюдать происходящее в оптическом… и тепловом диапазоне!
Одним движением переключился с обычной камеры на тепловизор. Картинка разительно поменялась, но всё в пределах ожидаемого. Холодные объекты вокруг, горячие люди возле стола, постепенно нагревающийся от работы ноутбук на столешнице…
— Если внизу, в зарослях или в ночи есть живое существо, мы его увидим загодя! И уже потом принимаем решение, безопасно ли идти! Таких циклов предстоит сделать много! Но это возможно!
Посчитав, что демонстрации достаточно, я аккуратно посадил «птичку» на стол с картой и выключил камеры. Нечего энергию жрать. Привычка беречь аккумуляторы.
В наступившей тишине, неприятно звенящей после шума винтов в объёмном помещении, продолжил.
— Для этого мне нужна группа прикрытия. Пока занят управлением аппаратом — моя спина открыта для нападения. Мне необходимо, чтобы кто-то занимался периметром безопасности, пока «птичка» в воздухе. Этим мне существенно продлят дни, отмеренные мне Богом, а вы получите дополнительные гарантии успеха. Если удастся добраться до цели живым, даже в полумёртвом состоянии, я открою Путь для войск. А уж сколько вы сумеете поставить под ружьё… тут уж мои полномочия, как бы, всё. Кончились.
Пока зрители пребывали в шоке от технологического откровения превосходящей в развитии стороны, я продолжил добивать их фактами.
— Приблизительно восемь тысяч километров расстояния от Урала до берега Дальнего Востока. Больше полутора сотен таких «плеч» с промежуточными остановками. Больше двадцати дней работы. Если выходим сейчас, то мы с гарантией опережаем врага. Успеваем построить форпост, подготовиться к обороне и, навязав противнику бой с моря на сушу, поводить ему рыбёхой по сусалам. Но всё это сработает только в одном случае. Выдвигаемся немедленно.
В зале повисла тишина.
Театральной она уже не была. Не было шока, удивления, изумления. Не было растерянности, непонимания, недоразумения. На лицах собравшихся мелькало всё, что угодно. Задумчивость. Расчёты. Осознание. Озарение. Может, мрачность. Но ничего из того, что могло бы свидетельствовать о недалёком понимании происходящего.
Светлейший князь Бериславский изначально имел на руках почти полный расклад. Сегодня он лишь получил недостающие детали мозаики и после Берислава с Александровским являлся чуть ли не самым осведомлённым о грядущем числе 3,14.
Великий Архимаг Путей Берислав с наследницей, вообще-то, приложили собственные руки к моему появлению в этом мире. Они буквально творцы сегодняшней истории. Они мою речь выслушали нейтрально-отстранённо. Если что-то из сказанного и осталось ими непонятым, то виду они не подали.
Светлейший князь Морозов, равно как и бояре Пламнев с Ветровым, успели вникнуть в суть беды. Так-то, их кровинушек я самолично на ратные подвиги готовлю. Мне они их буквально в руки передали. Да, детали он узнал только сегодня, но в общих чертах не испытывал недостатка понимания.
А вот местные из числа присутствовавших…
Филимон Анатольевич погрузился в глубокие думы, которые не сумели прервать даже речи человека, чья принадлежность к счетоводам бросалась в глаза буквально по внешнему виду. Этакий типичный бухгалтер на три ставки, который знает всё, обо всех и считает в уме цифры, которые ему ещё даже не озвучили.
— Казначейство едва ли изыщет такие суммы денежных средств, — мрачно констатировал он. — Небольшой отряд заместо целой армии? Месяц вместо нескольких лет конной экспедиции? Хорошо. Мы оснастим и провиантом, и амуницией. Но восемь тысяч километров пути на летательном аппарате, применяемом одарённым Силой Путей? Артефакты, способные заключать в себе столько Силы, стоят баснословных денег. Даже, если мы могли поставить их в требуемом количестве, это порушит счёты всей Империи. Это невозможно.
— Оно и не требуется, Порфирий Игнатьевич, — отозвался за меня Саныч. — Некий наборный состав камней повышенной вместимости, безусловно, будет истребован для нужд экспедиции. Но не в столь значимом объёме, сколь ты себе вообразил. Техника нашего гостя функционирует благодаря законам иного порядка.
«А ведь он совсем не дебил», — пронеслось в уме. — «Я ему ни слова не говорил про электричество. Об этом он догадался сам».
Филимон Анатольевич подал голос, уже лишённый прежних ноток осторожности в отношении тугодумного оратора.
