Алина в уже примелькавшемся рабочем сарафане, скрутив на затылке волосы, чтоб не мешались, появилась на пороге также, как получасом ранее это сделал я.
— Батюшка, — обратилась степенно напарница. — «Мастер»… Пойдёмте трапезничать. Ждём лишь вас.
«Кушать подано. Садитесь жрать. Пожалуйста», — промелькнула в уме хрестоматийная цитата из моего родного мира.
Что ж. Пустое брюхо к ученью глухо, а мне ещё тонну тонн информации об этом мире всасывать, да в преддверии экспедиции мозгами шевелить.
Приятного нам всем аппетита!
Дел накопилось преизрядное количество. Пришлось поднапрячься, чтоб успеть сделать максимум грязи за эти сутки. И отдельно стоило выразить слова благодарности Бериславской-младшей за ранний подъём. Конечно, способ побудки можно было выбрать и менее жёсткий. Но, как известно, кто рано встаёт — тому Бог подаёт.
С самого раннего утра, раскидавшись с завтраком и разойдясь по своим задачам, мы на какое-то время распрощались с Бериславскими и их помощницами. Семья осталась в имении, а я, пробросив Путь до Сумеречной Долины, шагнул в Обитель, где принялся готовиться по индивидуальному плану.
Вычищенное и приведённое в надлежащий вид крупнокалиберное исчадие, не имеющее аналогов в подпольных мастерских, которому для удобства присвоил имя собственное «Погремундель», привёл к нормальному бою.
Ну, как, «привёл»… Учитывая конструкцию открытых механических прицельных приспособлений, выполнил прострел различных дистанций прямо с балкона пятого этажа Обители. Поправки вносить, особо, некуда. По сути, прострел был необходим, чтобы убедиться в исправном функционировании взаимодействующих частей, узлов и агрегатов, и удостовериться в относительно точном попадании. Деревянные ящики, имитирующие габарит грудной мишени, успешно поражались на дальностях до трёхсот метров вообще без каких бы то ни было упреждений: сверхтяжёлой пуле калибра 12,7 миллиметров они просто были не нужны.
Зато, как выяснилось, непреложно обязательны защитные наушники стрелку и защитная же ему маска. Неважно, какой конструкции: лицевая или очки. Но органы зрения обязаны быть прикрыты.
Что после работы дульного тормоза-компенсатора реактивного типа уши могут оказаться внутри черепной коробки — ожидаемо, одной контузией тут уже не обойдёшься. Ударная волна после первого же выстрела прошлась такая, что, показалось, будто с высоких, под десять метров, потолков Обители начали сыпаться куски. Как из меня кишки через уши не полезли — не понятно.
Что после выстрела через короткий ствол, оснащённый реактивным дульным-тормозом компенсатором, расцветёт огромнейший фаербол дульной вспышки — ожидаемо и в какой-то степени гарантировано. Пороховой заряд просто не успевает сгореть полностью, и пламя прорывается в окружающую среду вслед за пулей до того, как смесь выгорит целиком, обратившись в рабочее тело (пороховые газы) в полном объёме. От вспышки я на некоторое время словил «зайчика» в глазах, будто передо мной сработала светошумовая граната.
Но вместе с дульным пламенем в морду лица прилетели откровенно перегретые воздушные массы. Жар от вспышки я почувствовал всем телом и наипаче — собственным хлебалом. А, раз так, то, надо быть осторожнее. Там, где харя ловит жар, глаза могут словить и недогоревшую пороховинку. А уж это, позвольте, в полевых условиях не лечится. Относительно «холодная» может просто прилипнуть к глазному яблоку, вызвав дискомфорт на грани смертельной рези: от адской боли стрелок уже будет не боец. А прям активная, горячая, может и похлеще дел наворотить, чем просто покрасневший глаз.
Но, чего нельзя не отметить, так это эффективности встроенного в приклад пружинного амортизатора отдачи, работавшего вкупе с мягким гелевым затыльником, а также реактивного дульного тормоза-компенсатора. Да, инфразвук и децибелы от выстрелов пробрали меня до самых кишок. Это вам не из «мелкашки» бахнуть. Зато массой гасилась отдача — раз, ДТК отрабатывал вперёд — два, амортизаторы рассеивали и без того сниженную отдачу — три. По итогу, давать 12,7 кому бы то ни было из соратников я бы не стал. Но после двух магазинов оба моих плеча остались на месте, зубы не покинули своих рядов, а оба глаза продолжили видеть практически с прежней остротой: ни у одного из них не случилось отслоения сетчатки.
Хотя, признаться стоит: отдача существенная, и долбить в режиме нон-стопа нежелательно. Уж что-что, а отдача крупных калибров имеет далеко идущие последствия для стрелка, особенно для челюстей, головного мозга и зрения. Ею лучше не злоупотреблять.
