Даилла ире достойно отблагодарили Варкуда. Каждую осень, в день Большой Королевской Охоты, они допускали Суардисов в Даилла Сейе и позволяли добыть единорога, пегаса, феникса или виверру. Кроме того, эльфы подарили Суардисам шестерку крылатых алых коней и населенную феями волшебную рощу, Фельта Сейе — рядом с ней Варкуд построил свой дворец — и обещали защиту и поддержку. Как она проявлялась, никто не понимал. Но факт оставался фактом: за время правления Суардисов не случилось ни одной опустошительной войны и ни одного успешного покушения на царствующих особ. И время от времени — но об этом знали только сами Суардисы — феи из Фельта Сейе дарили кому-нибудь из королевской семьи странные подарки. Не синий жемчуг, не цветок янтарной травы или слезу русалки — подарки фей нельзя было пощупать или передать по наследству. Но рассказы о чудесах давно превратилась в семейные легенды.
После обеда шера Ильма проводила детей в библиотеку, отдохнуть в тишине и прохладе, и, убедившись, что они заняты чтением, оставила одних.
Едва за ней закрылась дверь, Кей захлопнул книгу.
— Пора! Шу, прикроешь. Зак отвлечет, я уведу эльфийку. Идем!
— Погоди, — остановила его Шу. — Ты собрался красть её прямо сейчас?
— Чего ждать?
— Хотя бы окончания представления, — поддержал принцессу Закерим. — Если мы освободим её сейчас, это сразу заметят. Лучше вечером. Тогда до утра её не хватятся.
— Благородные шеры, а вам не приходило в голову, что прежде чем идти на крайние меры, нужно использовать все возможные законные пути? Рабов, между прочим, можно купить. У меня есть три империала наличными, а ещё опаловый браслет.
— Подарок отца? — возмутился Кей. — У тебя полно других побрякушек.
— Другие — не мои. А с браслетом что хочу, то и делаю.
— Дело твое. У меня есть полтора империала серебром. Может, хватит?
— И у меня есть двадцать пять марок, — предложил Зак. — Не может же он запросить больше пяти империалов! За такие деньги можно аштунского жеребца купить.
— Сравнил! Жеребец и эльфийка… ладно. Продаст, никуда не денется! — Шу упрямо сжала губы. — Идем.
Дети тихонько выскользнули из библиотеки и под прикрытием заклинания побежали в комнаты Кейрана и Закерима. Оба выгребли монеты из всех тайников и карманов в общий кошель. И так же, тихо и быстро, троица помчалась к выходу из замка.
— Ваше Высочество! Куда это вы собрались?
Все трое обернулись, не успев выскочить за дверь: из бокового коридора показался лейтенант Ахшеддин.
— Прогуляться, — первой отреагировала Шу.
— Хорошая мысль. Пойдем вместе, — добродушно улыбнулся Эрке.
— Конечно! Прекрасная мысль! — Наступив на ногу брату, Шу сладко улыбнулась.
В напряженном молчании все четверо дошли до стены, забрались по деревянной лестнице наверх и остановились у зубцов. Несколько минут дети пытались делать вид, что убегали из замка только ради того, чтобы посмотреть на играющих внизу, под скалой, дельфинов. Они старательно улыбались и выжимали из себя подходящие к случаю фразы. И ждали, когда же Ахшеддину надоест. Но ему не надоедало.
— Эрке! Ты долго собираешься нас караулить? — не выдержала Шу.
— Сколько нужно.
— Мы не собираемся делать ничего нехорошего. Честно!
— Верю, Шу. А что собираетесь?
— Мы идем смотреть на цирк! — вылез Кей.
— Через два часа будет представление. Насмотритесь.
— Мы хотим сейчас!
— Ничего интересного там сейчас нет.
По тону Эрке было ясно, что к циркачам он их не пустит. Дети примолкли, каждый пытался придумать, как бы обмануть светлого. Стратегическая мысль первым осенила принца.
— Эрке, ты обещал научить справиться с мечником? Давай сегодня!
— Так. А теперь честно. Что вы задумали?!
Все трое замолчали и принялись с интересом разглядывать море, стену, чаек…
— Ничего. Просто интересно посмотреть, как артисты готовятся к выступлению, — соврала Шу и упрямо выставила подбородок.
— Лучше скажи.
— Да точно ничего. Что ты так волнуешься? Подумаешь, поспорили, что я с того розового страхолюдия сниму заклинания и оно окажется обыкновенным ишаком!
— Не стоит. И что я вам говорил насчет азартных игр?
— Ладно, не буду. Осознала, раскаялась. Пойдем уже обратно. Жарко.
До самого представления Эрке не спускал глаз с Шу. Он ни на ломаный динг не поверил, что она собиралась всего лишь пошутить. Уж скорее ее внимание привлекла эльфийская шлюшка.
Глядя на рыжую, что развлекала публику фокусами, Эрке злился. Прелестная белочка, воплощенная чистота и невинность! Отдается любому кобелю за марку. И это — эльфийка? Пусть полукровка, для чистокровной аура слабовата, не важно! Неужели она не могла найти другого занятия? Да любой землевладелец заплатит за то, чтобы эльфийка пела песни его садам и виноградникам, в двадцать, в сто раз больше, чем она заработает в этом борделе на колесах!
