— Да ладно?! Ты точно ничего не путаешь? Малфои бы никогда не вступили в отношения с маглорожденными... — Это абсолютно точная информация, — поспешила заверить Рита. — У самой блестящей ведьмы своего возраста завязались романтические отношения с бунтующим и бесправным бывшим Пожирателем смерти. И, если я не ошибаюсь, они оба на пороге криминального бума. С большим количеством насилия, гламура и погонь. И это не просто очередные грабители. — Ты говоришь, что между ними секс? Рита недвусмысленно повела тонкими бровями и, приподняв уголок губ, закинула ногу на ногу. — Поверить не могу... — ошарашенно пробормотала Джозиан. — Люциус пришел бы в ярость. — Ох, ну ещё бы! Нельзя игнорировать такое событие, Джозиан. Знаю, вы с мисс Грейнджер были вроде как хорошими коллегами. Но я прошу тебя дать мне официальное разрешение обнародовать ее имя, и я тебе гарантирую, народ отвлечется от всех этих политических проблем на эту сенсационную любовную историю. — Ну что ж, — задумчиво протянула Джозиан. — Не вижу здесь никаких оснований, чтобы запрещать оглашать правду. На лице Риты появилось выражение истинного удовлетворения. В следующее мгновение заместитель министра выписывала разрешение, подтверждая документ сургучной печатью от имени Визенгамота. А Скитер уже предвкушала, с каким огромным тиражом выйдет следующий выпуск Ежедневного Пророка.
Саундтрек: 99 Problems (Album Version) – Hugo У Гарри Поттера выдалась тяжёлая неделя. После скандала, устроенного миссис Уизли в Норе, на следующий же день Гарри получил от Гермионы расплывчатое письмо, в котором говорилось, что девушка не может рассказать всех подробностей, но по какой-то загадочной и, по ее словам, очень важной и весьма оправданной причине собирается грабить банки с Малфоем. Естественно, Гарри сразу же отправился к подруге домой, чтобы поинтересоваться, под какими наркотическими зельями она писала это письмо, ведь написано оно было бесспорно ее почерком. Но дом Гермионы оказался пуст. На кофейном столике аврор нашел записку, в которой Гермиона спешила уверить, что все сказанное ею в письме не шутка, ведь прекрасно знала, что друг непременно захочет поговорить с ней об этом лично и наведается к ней домой. Тогда Гарри пришел в замешательство. Окончательно стало ясно, что Гермиона не шутит, когда спустя пару дней в узких кругах Министерства стало известно о ее участии в ограблении в Милане. Конечно же, уважаемый аврор, Герой войны, всеми любимый и знаменитый Гарри Поттер смог все уладить. Несмотря на безоговорочное доверие Гермионе, Гарри был зол на подругу. Почему она не обсудила все с ним? Почему не объяснила, в чем вообще смысл грабить банк в Милане с Малфоем? Чистокровного ублюдка он сейчас ненавидел куда больше обычного. Если бы не он, Гермиона наверняка была бы сейчас рядом с ним и помогала ему с поисками Рона. Глубоко внутри Гарри знал, что причиной тому послужил его необдуманный поступок, из-за которого Гермиону возненавидела миссис Уизли. В Министерстве творился настоящий переворот. Даже по возвращению Кингсли из вынужденной командировки, связанной с нападениями английских великанов в Америке, Гарри не заметил существенной разницы. Министр немного говорил на созванном собрании Ордена Феникса, ряды которого заметно поредели после Второй Магической Войны. Сказал только то, что полностью согласен с нововведениями Джозиан Робер и «отпуском» Гермионы. И это было странно. Весь Орден Феникса, (а на данный момент его членами были лишь семейство Уизли да Гарри) был уверен, что с возвращением Кингсли все встанет на свои места. Но министра словно подменили, он больше не появлялся на встречах Ордена. Его часто замечали в компании мадам Робер, его заместителя. Были изданы новые законопроекты, «приостановлены» поиски оставшихся Пожирателей ради поисков пропавших людей, которых на удивление успешно находили. А по словам Мартина Шнайдера — нового главы Отдела по регулированию магических популяций и контролю над ними, — русалки были усмирены. Орден также подметил, что большинство волшебников, похищенных русалками, являлись членами Визенгамота. Этот факт наводил на мысль, что все они, а в том числе и Кингсли, могли быть под Империусом. Так что между отчаянными поисками Рона Гарри с мистером Уизли планировали ближе подобраться к министру, дабы проверить свою теорию, но того никогда нельзя было застать одного. Послевоенное время оказалось для всех не таким ясным и лёгким, как казалось. В газетах писали о так называемой послевоенной депрессии; о том, как общество волшебников вновь пытается встать на ноги, о «вынужденных» мерах Визенгамота внести поправки в законе. Но Гарри был уверен, что Гермионе была известна другая сторона этой медали, но также он не мог отделаться от мысли, что Малфой околдовал ее, принуждая к бессмысленным преступлениям с ним. Гарри Поттер был твердо намерен во всем разобраться и, если понадобится (а он в любом случае это сделает), надрать чистокровному ублюдку задницу.
