— Ты кто такая? — дерзко спрашивает Гермиона, направив на нее палочку.
— Я? — изобразив на лице подобие невинности, она поджимает губы, будто бы раздумьях, стоит ли ей отвечать на этот вопрос. — Я всего лишь та, кто хочет изменить этот мир к лучшему. Разве не этого ты хотела, Гермиона Грейнджер? Я знаю, ты тоже этого хочешь.
— Сомневаюсь, что наши понятия о лучшем для мира сходятся... И я имела в виду твоё имя.
— Мое имя станет известным после надвигающейся революции, не надо бежать вперёд времени.
Невозмутимость, с которой она говорит, уже начинает раздражать Драко. Словно не ее сейчас держат под прицелом, а как раз наоборот. Сделав пару шагов вперед, Малфой наставляет ей в грудь палочку.
— Где моя мать, сучка? — бесцеремонно спрашивает он.
Хмыкнув, она надменно вздергивает подбородок, окидывая его оценивающим взглядом.
— Отвечай, или, клянусь, ты не доживешь до начала своей революции, — издевательски сюсюкает он.
— Ее нет в стране... — тягуче произносит она и, натыкаясь на ледяной взгляд Малфоя, требующий подробностей, загадочно добавляет: — Она занята кое-какими делами... для моей революции.
Да она смеётся над ними.
— Позволите? Я хочу представиться, — встревает в разговор Диллинджер, — Мое имя Джонни Диллинджер. Ты, наверное, знаешь кто я такой, дорогуша? Так вот, ситуация такая: я дал этим людям, — он указывает палочкой в сторону Драко и Гермионы, — Непреложный обет, обязывающий меня отыскать Нарциссу Малфой и Рональда Уизли. Срок, который мне дан на это задание, отнюдь не резиновый... Поэтому, я прошу по-хорошему, скажи где она, и мне не придется прибегать к крайностям, на которые я готов пойти, чтобы не умереть за неисполнение данной мной клятвы.
Стоящие немного позади Дафна и Блейз внимали ее реакцию. Воинственно настроенные Драко и Гермиона также выжидали ее ответа. Сощурившись, Верховная, будто бы только сейчас осознав угрозу, стала боязненно бегать глазами из стороны в сторону. Но почти сразу же эти эмоции исчезли, сменяясь коварной ухмылкой. Она играла. Ее взгляд был обращён к дверям. Она была спокойна. Чувствовала себя в безопасности.
Она была не одна.
Проследив за направлением ее взгляда, Гермиона натыкается на высокую мужскую фигуру, облаченную в черную мантию с накинутым на голову капюшоном и металлической серебряной маской, скрывающей лицо. Не колеблясь ни секунды, они с Драко посылают в него несколько проклятий, которые он успевает отбить. К ним бы присоединились и остальные, если бы не сковавший пространство холод и мрак стаи дементоров, влетевшей в одно мгновение в настежь открытые двери. Плывущие по воздуху черные фигуры атакуют, высасывая жизненные силы. Из палочки Гермионы вырывается выдра. Дафна вызывает свою тигрицу. Драко же никак не удается вызвать телесного патронуса: из его палочки исходит лишь свечение. Но выдре и тигрице все же удается держать дистанцию, пока люди Диллинджера отбиваются таким же неясным светом.
— Ты совершил огромную ошибку, наставив на нее палочку, — говорит Верховный, проходя в центр зала. Пугая своей таинственностью. Своим холодным уверенным голосом. Своей негласной силой и непоколебимостью.
— Единственной ошибкой здесь будет, если ты сейчас же не отзовешь дементоров и не назовешь местонахождение Нарциссы Малфой, — парирует Джонни.
Держась друг с другом плечом к плечу, Драко и Гермиона вместе со всеми остальными сдерживают полчище дементоров. Их было так много, что двух телесных патронусов становилось недостаточно.
Внезапно Блейза затягивает за границу к дементорам. Все происходит слишком быстро, чтобы кто-то успел его удержать. Дафна немедленно направляет все силы своего патронуса ему на помощь. Джонни, заметив, что племянник в беде, теряет терпение: схватив Верховную одной рукой за волосы, он посылает в нее Круциатус. Она вскрикивает, и Верховный, не в силах этого остановить, яростно сжимает палочку.
Прекратив пытку, Диллинджер на полном серьёзе заявляет:
— У тебя есть пара секунд на то, чтобы выполнить мои указания, иначе следующее Непростительное, которое будет произносено, станет отнюдь не «Круцио» и даже не «Империо».
Верховный угрожающе склоняет голову на бок, вероятно, раздумывая, как ему поступить. Приняв решение, он оборонительно вскидывает руки и одним взмахом палочки отзывает дементоров. Вернее, им так показалось по-началу. После мановения его палочки ни один дементор не отступает. С дрогнувшей на губах победной ухмылкой, Верховная превращается в черный дым и в мгновение перемещается по воздуху к своему брату. Вынужденному снять все защитные чары с замка, чтобы дать ей возможность трансгрессировать. И едва его сестра материализуется рядом с ним, он без колебаний выставляет палочку впереди себя и со стальными нотками в голосе хладнокровно цедит:
— Авада Кедавра!
Искрящийся зелёный луч света молниеносно настигает свою цель.
