— Да фиг с ними, мы с моей Дафни укатим куда-нибудь далеко-далеко.
— Но так ведь совсем не интересно, — упрямо настаивает Малфой, подыгрывая его безумию. — Лучше забирай меня, а я с ними...
— облизываясь в злорадном предвкушении такой альтернативы, Драко подыскивает более лояльную интерпретацию своих намерений, — …поговорю, — пакостно ухмыляясь, довершает он.
В этот момент Гермионе наконец удается побороть чары, и она, начав вырываться из лап Нотта, высказывается:
— Даже не думай об этом, Драко, ты не пойдешь к ним один!
— Вот чертовка… И зачем только быть такой талантливой ведьмой? — усилив хватку на ее шее, Нотт принимается волочить Грейнджер за ворота. — Зачем только мне все усложнять, м? — по-детски задается он этим чрезвычайно глупым вопросом.
Драко в неистовом гневе сжимает кулаки, не в силах ей помочь. Ему остается только наблюдать за тем, как Нотт, прикрывшись Гермионой и нацелив в него палочку, уволакивает ее за ворота, где может свободно с ней аппарировать.
Гермиона упирается каблуками в землю как только может и, вцепившись обеими руками в предплечье Нотта у себя на шее, изо всех сил пытается высвободиться, поцарапать, укусить, что угодно.
— Какие горячие девочки, ну надо же, — сюсюкает Тео, хихикнув, — только глянь на это, Драко, — переводя на него взгляд, он усмехается: — А-а, ты и так смотришь этим своим жаждущим моей крови взглядом… Ну-ка, а в постели она такая же резвая?
Малфой как-то странно дергает головой в бок, сверлит диким убийственным взглядом и по-змеиному шипит. И от этого его осатаневшего вида Нотту становится так не по себе, что с его лица мигом спадает плутоватая ухмылка. Он наконец осознает, что зашел на запретную территорию и сейчас ходит по очень-очень тонкому льду.
— Ну так… ты приведешь мне Гринграсс, или как? — посерьезнев, спрашивает он.
— Или как. Время переговоров прошло, — стальным тоном проговаривает Драко, все так же гипнотизируя его своим бесноватым взглядом. — Ты либо берешь меня и отпускаешь ее, ЛИБО Я ТЕБЕ, НАХРЕН, ЧЕРЕП, СУКА, ВСКРОЮ. Без вариантов.
От безысходности Гермионе хочется взвыть. Она видит: с Драко теперь не договоришься. Нотт упустил свой шанс. И если так случится, что он заберет Драко, и тот будет «не очень вежливо» себя вести в логове врага, то ничего хорошего из этого точно не выйдет. Если же Нотт заберет Дафну и «укатит с ней далеко-далеко», они уже вряд ли смогут потом ее спасти. Поэтому будет лучше всего… если он заберет ее. Ей не нравится этот выход, но он самый приемлемый из двух предыдущих.
Внезапно они слышат лай ротвейлеров со стороны дома. Четыре пса выбегают из входных дверей и мчатся в их сторону. А за ними следом выходят Блейз, Дафна и Сопрано с парой головорезов. Тео метает в натравленных на него свирепых псов проклятья, но не попадает по быстро передвигающимся целям.
Драко было хочет крикнуть Блейзу, чтобы тот немедленно остановил собак, замечая, что Нотт не видит иного выхода, кроме как срочно трансгрессировать с Гермионой, ведь если ротвейлеры нагонят его, то не будут вести с ним переговоры, и он попросту останется ни с чем, и к тому же снова окажется их пленником. Но ротвейлеров уже не остановишь. Они с рычанием на полной скорости проносятся мимо Драко.
Малфой переводит обезумивший, предупреждающий взгляд на Нотта, мысленно уже вскрыв ему череп. Тот, быстро соображая, напоследок бросает на Дафну одержимый взгляд, полный безысходности, и сосредотачивается на новом месте прибытия. Все происходит так быстро, что первые пару секунд никто не успевает сообразить, что только что произошло. Но вот Драко видит это отчетливо, словно в замедленной съемке, как силуэт Гермионы начинает размываться. Он судорожно дышит и бездумно рвется к ней, но Гермиона уже с хлопком исчезает вместе с Ноттом.
Нет, нет, НЕТ!
Из его груди вырывается утробное рычание; он хватается руками за воздух, где еще секунду назад была она.
Этого не могло произойти! Только не она… Все что угодно, но только не она. Она — его все. Забирая его все, у него не остается больше ничего.
Его грудная клетка лихорадочно подымается и опадает; от ни с чем не сравнимых отчаяния и гнева он прикусывает фаланги на своей сжатой в кулак руке. Страшная тьма окутывает Драко изнутри. Пробуждаются его самые темные демоны. Когда у него забрали мать, лишь она одна смогла удержать их.
Теперь же у него забрали и ее.
И внутри него просыпается зверь, готовый убивать.
Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох — Драко пытается отрезвить свой разум — глубокий вдох…
И к нему на ум приходит изощренный, хитроумный план. На его лице появляется ледяное выражение расчетливости, граничащей с помешательством.
Кто-то поплатится. Жестоко поплатится.
Он вернет их обеих, или умрет.
В этот же день глубокой ночью Дафна появляется на пороге родового поместья Гринграсс. «Блейз все узнал и порвал со мной», — со слезами на глазах сказала она своим родителям, также добавив: «Я была не права… Я готова возобновить помолвку с Тео». И ее мать пустила ее за порог, принимая обратно в семью.
