— Миссис Малфой, вы, наверняка, читали прошлую статью про суд?
— Да, я читала каждую.
— Так вот, все, что я говорила тогда на суде — не правда, — спешит заверить Гермиона. — У нас с Драко все абсолютно взаимно...
Нарцисса мягко ей улыбается и, вскинув подбородок, говорит:
— Я знаю, дорогая. Я бы никогда в такое не поверила. Я его не так воспитала.
Умиляясь гордости в тоне Нарциссы, Гермиона вкрадчиво ей сообщает:
— Он очень беспокоится за вас, вы знаете? Все, что он делал последние полтора месяца, было ради того, чтобы найти вас.
— И к чему это привело? — неодобрительно покачав головой, Нарцисса начинает строго причитать: — Вам следовало оставить все как есть и не подвергать себя опасности! Теперь же, когда тебя поймали, Драко должно быть с ума сходит! ...Мне рассказали, что, когда вы были здесь, благодаря тебе, он смог вызвать патронуса, — говоря это, Нарцисса смотрит Гермионе прямо в глаза, а тон ее становится теплее, — ...вероятно, он любит тебя... — с надеждой предполагает она. — И я так рада, что он нашел такого человека, как ты, Гермиона... Могу ведь я тебя так называть?
— ...Ох, конечно, миссис Малфой! — на выдохе произносит Гермиона, растроганная ее словами, ловя себя на том, что слушала ее с замиранием сердца. Она знала, как важна Нарцисса для Драко. Даже будучи уверенной в том, что он не нуждается в ничьем одобрении для них, для Гермионы одобрение его матери стало огромным облегчением. Мысли же о том, как Драко сейчас сходит с ума просто невероятно пугают ее. Она боится даже представить, что он предпримет, чтобы найти их. — И это действительно так... — подтверждает Гермиона предположения Нарциссы, касательно чувств Драко, и, закусив губу, также тихо добавляет: — ...И я тоже его люблю.
От этого известия лицо Нарциссы преображается, в глазах появляется искреннее счастье. Она вновь улыбается ей, и Гермиону посещает мысль, что она видит впервые, чтобы Нарцисса Малфой так много улыбалась.
— ...Ох, называй меня Нарциссой, ладно?
Гермиона охотно отвечает ей кивком; ей так хочется, чтобы они с Драко скорее увиделись.
Эта женщина всегда казалось ей холодной и высокомерной, не способной на проявление чувств. Но она такая же, как Драко. Такие люди раскрываются далеко не всем. Но если раскроются, сделают это сполна. Их лица — восковые маски, скрывающие за собой целый океан эмоций. Они не стремятся понравиться всем и каждому, проявляя лишь подлинные эмоции, лишь тем, кто того заслуживает. Люди разбрасываются пустыми красивыми словами направо и налево, стремясь расположить к себе, показаться теми, кем не являются, добиться того, чего не заслуживают. Правду принимают за грубость. Но лишь «грубые» люди могут быть честными. Потому что являются настоящими. И если такой человек мягок к вам, то вы по праву можете считать себя особенным.
Гермиона поделилась с Нарциссой всеми сведениями, которыми они обладают, чтобы та могла рассказать ей то, что им еще не известно.
— Когда прибудет один из Верховных, — говорит Нарцисса, — то вся злость за вашу выходку с медальонами будет выпущена на тебя.... И дай Мерлин, это будет Верховный, а не Верховная.
— Почему же? — спрашивает Гермиона. Из той злополучной встречи с Верховными у нее сложилось впечатление, что из них двоих куда опаснее он, нежели она. Ведь именно Верховный убил Джонни в порыве ярости, а не Верховная, которая была не очень довольна его поступком.
— Мировым господством по большей части озабочена именно она, а не он. Его же больше заботит угождение прихотей сестры, — поясняет Нарцисса, мимикой выражая свою критичность относительно них. — А убийство Диллинджера она не одобрила лишь из дипломатических соображений. Со временем она планировала перетянуть мафиозный клан на свою сторону. Им не нравится использовать магию королевы русалок, чтобы завербовать кого-то ценного. Они хотят, чтобы такие люди добровольно переходили на их сторону... Такие, как вы с Драко, или же такие, как я и Джозиан Робер. Им становится скучно, когда интересные для них люди превращаются в марионеток... — Сделав паузу, она пытается объяснить более доходчиво, но при том не нарушить правила Непреложного обета: — ...Понимаешь, помимо пешек королям также нужны ферзь, ладья, слон и конь.
Кажется, Гермиона начинает понимать их логику, но кое-что все же остается ей непонятным:
— Но как им удалось подчинить мадам Робер, и почему она интересна им?
— К сожалению, Джозиан тоже входит в число тех личностей, секреты которых я не могу разглашать из-за данного мною обета, — Нарцисса опускает взгляд на свои руки и, о чем-то на мгновение задумавшись, говорит: — Но стоит попытаться разузнать у нее самой... Она не обременена хранить тайну.
