— Ох, Мерлин, как стыдно! — Гермиона зарылась лицом в ладони. Открыв лицо, она бросила на него укоризненный взгляд. — Все ты!
— А что я? — Он состроил невинное выражение лица. — Это не я тут стонал и выкрикивал: «О да, Драко! Ещё!» — деланно скопировав ее девчачий голос, насмехался он.
За что она стукнула его подушкой по голове.
— Идиот... Ненавижу тебя.
— Ещё несколько минут назад ты была обо мне другого мнения... — Он оскалился, облизывая губы. — Когда мой язык был глубоко в твоей сладкой...
Не успев договорить, он вновь получил подушкой по голове.
— Ты такая задница, Драко Малфой!
— Ты неблагодарная, Грейнджер. — Малфой пригладил свои взлохмаченные волосы. — Многие девушки были бы счастливы оказаться на твоём месте. Ощутить в себе мой язык.... Я, знаешь ли, мастер в этом деле. — Он шаловливо подмигнул ей.
— Ох, не сомневаюсь! — фыркнула Гермиона. До чего же он самодовольный! — Вот и катись тогда ко всем этим девушкам! Ко мне чего пристал?
— Ты знаешь, почему, Ангел... — Драко посмотрел на нее таким глубоким взглядом, от которого по всему ее телу пробежала мелкая дрожь.
Гермиона застыла, часто моргая.
Знала ли она? Всякий раз, когда они сталкивались взглядами, серые в карие, и наоборот, — мир останавливался. В нем не было никого, кроме них двоих. Это чувство опьяняло. Любовь ли это? Гермиона не знала ничего о том, как любить Драко Малфоя. Они только познавали это чувство. Но она могла с точностью сказать, что если бы его не было сейчас с ней рядом, ее мир был бы уже не тот. Не такой красочный, не такой нужный. Драко ворвался в ее мир, словно торнадо, и перевернул все с ног на голову. Заставил забыть все, что было до. Открыл новую страницу в ее жизни и стал в ней главным героем, от которого полностью зависел дальнейший сюжет. Он писал вместе с ней их общую историю. И, не смотря на их вечные ссоры, Драко стал для нее важным и желанным. И она видела, что является для него такой же важной и желанной. Поэтому — да. Она знала.
Комментарий к Глава 16. Средиземное море. Часть I. «Когда девушка доводит меня до оргазма, я привык отплачивать ей тем же.» Глава не большая, но зато скоро! Делитесь своими мыслями ;-)
====== Глава 17. Средиземное море. Часть II. «Пока они есть друг у друга — им ничего не страшно.» ======
Комментарий к Глава 17. Средиземное море. Часть II. «Пока они есть друг у друга — им ничего не страшно.» Если трек к третьей сцене “Beyoncé – Don't Hurt Yourself (feat. Jack White)” недоступен вк: http://m.zk.fm/mp3/search?keywords=Beyonce%20-%20Don%27t%20Hurt%20Yourself%20(feat.%20Jack%20White)
Саундтрек: Mike Higham – Miss Peregrine’s Home for Peculiar Children
Гермиона видела Рона. Он был под водой. Привязанный к статуе тритона в городе русалок, прямо как во время второго задания Турнира Трёх Волшебников. Вокруг него плавала ужасающая русалка, держа в руках остроконечный трезубец. Рыжие волосы Рона ярким пятном выделялись на общем фоне мрачных улиц подводного города. Перед глазами Гермионы была мутная-зеленоватая вода. Было холодно.
Стоило ей ближе подплыть к Рону, как русалка незамедлительно приставила к его шее свой трезубец. Несмотря на это, Гермиона все же осмелилась позвать его:
— Рон?
Очнувшись, Уизли взглянул на нее с презрением в голубых глазах.
— Как мне помочь тебе? — дрожащим голосом спросила Гермиона.
— А зачем тебе помогать мне? — с непроницаемым выражением лица заговорил Рон. Так не похожий на себя, словно копия из крестража Реддла. — Я тебе не нужен. Ты теперь с ним.
— Зачем ты так, Рон? — На глаза Гермионы стали наворачиваться слезы. — Он потерял свою маму, так же, как я тебя... Мы делаем все возможное, чтобы спасти вас.
— Это неважно. — Голос Рона был безжизненным и холодным, как у призрака. — Зачем я тебе?
— Ты... — Почему-то стало трудно говорить. — Ведь ты мой друг, Рон.
— Друг, значит... — Рон разочарованно покачал головой. — Как же быстро ты забыла о нас, Гермиона.
Слова Рона отравляли ее, словно каждое его слово было пропитано ядом. От этого тяжелел язык, а внутри все болезненно сковывало.
Гермиона заплакала.
— Я ненавижу вас обоих, ты слышишь! — зло выплюнул Рон. Его лицо исказил гнев. Русалка угрожающе зашипела, приставляя к его горлу трезубец. — Вы оба стоите друг друга! Ты такая же хладнокровная и высокомерная, как и он! Вы двое на все готовы, лишь бы добиться своего. И плевать ты хотела на меня... Ты предала меня, Гермиона.
— Не говори так! Это не правда... не правда... — отчаянно мотая головой, бормотала она.
В ярости Рон пытался выбраться из веревок. Стоило ему это сделать, как случилось непоправимое: русалка пронзила его горло трезубцем. Гермиона вскрикнула. Рон обмяк и больше не шевелился, медленно идя ко дну. Из его раны вытекала ярко красная кровь, смешиваясь с водой и заполоняя собой все пространство. Так что вскоре перед глазами не было ничего, кроме крови.
