А знал я, что королеве необходимо оружие, достаточно мощное, чтобы выиграть текущую войну. Знал, что она каким-то образом рассчитывает получить его от меня. А теперь еще знал, что отчаяние заставляет королеву спешить и допускать оплошности. Заставляет рисковать.
Только недавно я осознал, что эксперименты, видимо, почти вышли из-под контроля королевы и ее приближенных. А то, что находилось за пределами их контроля, могло – лишь могло – оказаться в пределах моего.
И на этот раз…
Времени собраться с духом не осталось. Пропало все, кроме боли.
Я стиснул зубы, пытаясь выровнять ритм дыхания, сосредоточиться на холодящем кожу металле. Но эти последние ориентиры, привязывающие к реальности, почти сразу исчезли. В текущей по жилам крови разгорелся пожар; не находя выхода, он поглотил меня целиком.
Белые стены растворились, их место занял поток разрозненных образов.
Я видел красивый дом с золотыми колоннами и львом на воротах. Не успел я потянуться к дверной ручке, как кто-то прошептал на ухо: «Ты не хочешь возвращаться туда».
Затем каменный домик, окруженный цветами. Кто-то зовет меня голосом с сильным акцентом, который разбивает мое имя на два мелодичных слога. Мне хорошо знаком этот голос. Я слышал его много раз, на грани снов и воспоминаний, которые не мог уловить.
Я попытался обернуться, но изображение исчезло.
А потом я оказался в комнате – белой, белой, белой.
Комната сменилась полем боя, и я наблюдал, как мое оружие пронзает насквозь мальчика-подростка.
Я переместился в темное помещение, где от стен исходило теплое сияние. Заплетенные в косы белые волосы упали мне на лицо. Королева склонилась надо мной, ее губы искривились в усмешке.
«Надо тебе было меня убить».
Мир растворился, а затем еще раз и еще.
Несмотря на боль и дезориентацию, я пытался нащупать опору.
«У тебя есть план», – напоминал я себе. Да, вытатуированные стратаграммы лишили меня собственной силы – эта дверь захлопнулась. Но открылась другая: я превратился в сосуд для магии, которой, казалось, не понимали даже мои мучители.
И я просто обязан ею воспользоваться.
Магия бушевала вокруг меня, захлестывая, словно потоки воды. С огромным трудом я взял себя в руки. Попытался обратить силу вспять. Попытался уловить то, что нахлынуло на меня.
И чтоб вас всех, на самый краткий миг – получилось.
Магия больше не несла меня за собой. Наоборот, теперь я направлял ее. Контроль отнимал все оставшиеся силы, – без сомнения, мое физическое тело сейчас умирало. Только агония могла быть настолько болезненной.
Но все же один миг, один восхитительный миг я держал эту силу в руках.
Но потом…
Меня отвлекло что-то странное. Чье-то присутствие. Я знал его, и даже очень хорошо. Я ощутил порыв холодного воздуха и запах теплой крови. Человек упал на землю с перерезанным горлом.
Всепоглощающая, глубокая печаль. Печаль и ярость.
И узнавание. Проникающее до глубины души узнавание. «Я тебя знаю».
Видение поразило меня так сильно, что сердце замерло в груди.
Я отвлекся всего на миг, но его оказалось достаточно. Я потерял контроль. Накопившаяся энергия разом вырвалась наружу. От боли плоть сходила с костей.
«Надо же умереть именно так», – раздраженно подумал я, и сознание померкло.
– Макс…
«Ма-окс»…
Снова знакомый голос.
Все было в тумане. На мгновение из тумана выплыл цветной образ: белая кожа с золотистыми пятнами, один глаз зеленый, другой – серебристый.
– Макс.
На этот раз имя прозвучало резче.
Я моргнул. Образ исчез. Вместо него появилось лицо склонившейся надо мной королевы. Когда я открыл глаза, ее плечи дрогнули во вздохе облегчения.
– Хорошо, – пробормотала она. – Вот, выпей.
Я с трудом приподнялся на локтях, изо всех сил стараясь сдержать тошноту. Королева протянула мне чашку, но я ее демонстративно проигнорировал.
– Что? – Королева закатила глаза. – Неужели думаешь, что я хочу тебя отравить? Ошибаешься.
– Я потрясен внезапной заботой о моем благополучии.
– Ты слишком ценен, чтобы позволить тебе умереть. Выпей уже воды наконец.
Она раздраженно сунула чашку мне в руки, резко обернулась и бросила на Вардира испепеляющий взгляд:
– Это было неприемлемо.
– Я проверял теорию.
– Судя по всему, она не оправдала себя. Ты его чуть не убил.
– Я почти добился успеха, – раздраженно возразил Вардир. – Не моя вина, что что-то пошло не так.
– Да? И чья тогда?
От улыбки Вардира меня до костей пробрало холодом. Вознесенные над нами, как же я его ненавидел!
– Естественно, Максантариуса. – (Королева фыркнула.) – В нем скрыто так много. Но мы не можем подобраться к тому, к чему у него самого нет доступа.
Я украдкой опустил взгляд на свои руки, разглядывая покрывающие их татуировки. Должен признать, что в глубине души меня забавляла мрачная идея, что мои истязатели сами отрезали себе путь к успеху.
Королева проследила за моим взглядом.
– Когда имеешь дело с опасным преступником, приходится принимать меры предосторожности, – сухо произнесла она.
«Опасный преступник». Послушать ее – так я настоящий злодей.
