Мать железного дракона полностью

Ты просишь написать, чем наполнены мои дни. Уверяю тебя, я не провожу их праздно, тоскуя по тебе. Утром вывожу в море свой маленький скиф. Помешать в этом мне может лишь самая свирепая непогода, ибо океан для меня – сама жизнь, как и ты. Если море благоволит мне, скидываю сорочку и ныряю в самую глубокую его глубь, так глубоко, что временами едва не задыхаюсь, едва не тону. Если свирепствуют волны, упиваюсь опасностью. Потом возвращаюсь в город и обхожу плотину, осматриваю ее – нет ли где изъяна, ведь нужно убедиться, что гавань надежно защищена от грозных течений и штормов. После полудня приходится сидеть на суде, выслушивать прошения, посещать церемонии, поддерживать священный огонь. Я королевская дочь. Я знаю свой долг и прилежно его выполняю. По вечерам, если нет приемов, вкушаю скромную трапезу, слушаю музыкантов, любуюсь танцорами, дивлюсь искусству фокусников. Или же упражняюсь в каллиграфии, пишу стихи, читаю книги. И только ночью охватывает меня слабость из-за желания быть с тобой, но как же длинны эти ночи!

Ты пишешь, что не можешь жить со мной, что это физически невозможно. Так сделай же так, чтоб это стало возможным! Ты пишешь, что лишь раз сошлись луны и течения и мы смогли встретиться. Но ты же сын своей матери! И конечно, в твоей власти снова свести течения и луны.

Но я умолкаю, и гнев оставляет меня. Лишь в этом единственная моя слабость – я не могу бранить тебя так, как следовало бы. Когда же ты снова вернешься в мои любящие объятия?

Всем сердцем твоя,

Дахут мерк-Градлон[96]

Историю древнего города Ис знала каждая школьница. Сначала Ис завоевал полководец Градлон, а потом развратила своими оргиями его дочь, распутная Дахут. Город потонул в волнах, когда Дахут выкрала ключ от морских врат и отдала своему любовнику-демону, имя и личность которого нигде и не назывались. Эта история особенно нравилась юным готкам. Но, столкнувшись с реальными документами, Кошка невольно засомневалась в ней. Допустим, страшный шторм действительно затопил и разрушил город, это не вызывало сомнений у тех, кто знал силу океана. Но когда волны отступили, Ис так и остался под водой, и тут уже концы явно не сходились с концами.

Да и Дахут, судя по письмам, совсем не была помешанной на сексе распутницей, какой ее выставляли в хрониках. В письме уж точно ни о каких оргиях речи не шло. Только о том, как она томилась по возлюбленному. Личность которого также не раскрывалась.

Когда Кошка закончила копировать, она не стала уничтожать оригиналы, а спрятала письма за самым нижним ящиком письменного стола. Почитает потом развлечения ради. Со шредером всегда успеется.

По вечерам Кошка встречалась с Эсме. Иногда они играли в настольные игры. А иногда гуляли по парапетам и высматривали в канале водяных змеев, которые в сумерках высовывали головы из воды и охотились на крыс и портовых пикси. С Эсме всегда было весело. Иногда только это и помогало Кошке сохранить рассудок. Работу ей поручали разнообразную и достаточно легкую, но зато дергали со всех сторон, и в итоге времени на нее уходило гораздо больше, чем было отпущено.

Через неделю после того, как Кошку приняли в штат, Рагуил накатал на нее официальную жалобу из-за нарушения субординации.

– Быстро же ты, – удивилась, услышав новости, Энни Приворотница. – У меня месяц на это ушел.

– А я вот все еще жду, – с притворным унынием протянул Рэкабайт[97]. – Почему это Кейт раньше меня пролезла? Я выше ее по должности.