Матабар III полностью

Сама девушка, судя по времени, все еще на работе у госпожи Окладовой, к которой, если Арди продолжит теми же темпами портить одежду, придется зайти за покупками.

Очередные расходы.

Размышляя о проблеме с эксами (с тем, где их достать в нужном количестве), Ардан поднялся по лестнице и повернул ключ в замочной скважине.

Открыв дверь, он слишком поздно почуял незнакомый ему запах, спрятанный за алкогольным амбре, столь удачно слившимся с запахом бара.

Прямо в лицо юноше смотрело черное отверстие револьверного дула, приставленного так близко, что можно разглядеть нарезные, спиральные желобки.

— Нам надо поговорить.

Ардан проморгался и в щекочущем нервы сумраке, отделяемым от горделивой тьмы лишь скудно светящей масляной лампой, различил, внезапно, знакомые ему черты.

Револьвер на вытянутой руке, уставив прямо в переносицу юноши, держал Петр Огланов. В теплом меховом пальто, немного скрадывающим его нездоровый живот и в дорогой, теплой шляпе, прикрывшей зализанные на бок, жидкие волосы. Разве что кожа, казалось, стала даже еще более сухой и стянутой. Лукавая улыбка сменилась поджатыми губами, но вот стальной блеск из глаз никуда не пропал.

Арди, признаться, секунду боролся с желанием ударить посохом о пол, но от этих мыслей его отвлек красноречивый, хоть и бесполезный, щелчок взведенного курка.

— И без глупостей.

Арди кивнул и, отставив посох к стене, поднял в воздух ладони, попутно шумно втянув воздух носом.

— Подстраховался, — Петр вытащил из кармана флакончик дешевого, но очень душистого мужского одеколона. — Наслышан про нюх орков и, полагаю, у матабар не хуже.

— Лучше.

— Тем более, — Петр дернул дулом револьвера, указывая им на кровать.

Арди понял намек и, держа ладони поднятыми, уселся на край постели. Старый сыщик, не сводя с него прицела, взял стул, развернул спинкой вперед и уселся, умастив на перекладину локоть.

— Могу ли я спрос…

— Что тебя связывает с Пиджаками? — перебил Петр.

— Я…

— Если услышу хоть одно неправдивое слово, парень, прострелю тебе живот, — Огланов указал дулом в район пупка Арди. — Подыхать будешь долго и мучительно.

— Я, все же, на половину матабар.

— Значит очень долго и очень мучительно, — парировал Петр, выглядящий максимально серьезно. — Отвечай на вопрос.

— Ничего.

Петр положил подушечку указательного пальца на спусковой крючок.

— Серьезно — ничего, — поспешил уверить Арди, чувствующий, как постепенно прилипает к телу взмокшая от пота сорочка — день выдался суматошным. — Так случилось, что я снимаю у них эту квартиру.

— Громко сказано — квартиру.

— Ваш офис тоже выглядит не самым презентабельным образом, господин сыщик, — огрызнулся Арди прежде, чем успел поймать себя за язык.

Ему, признаться, успела понравиться эта небольшая, по-своему уютная квартира в эркере дома номер двадцать три по каналу Маркова. А еще то, что крышей она соседствовала с квартирой некоей рыжеволосой певицы.

— Справедливо, — фыркнул Петр. — Не против, если я закурю?

— Против.

Огланов прищурился.

— Не слишком ли ты дерзок для того, в чьем брюхе может оказаться дополнительная дырка?

На самом деле Арди едва сдерживался, чтобы не оттолкнуться ногами от пола и сигануть спиной вперед аккурат в окно, находящееся за ним.

Останавливало лишь несколько причин. Первая — Петр Огланов видел Ардана в компании дознавателя второй канцелярии. Вторая — револьвер сыщика был разряжен.

— У вас патронов нет, — выдохнул Арди, опуская ладони.

После происшествия с Еленой он обзавелся привычкой внимательно разглядывать оружие противника.

— Справедливо, — повторил Петр, после чего убрал револьвер обратно в подвесную кобуру под левой рукой. — Извини, я должен был убедиться, что ты не с бандитами.

— Часто ходите по городу с разряженным железом?

— Ночка выдалась… особенная.

Петр покачнулся и едва было не свалился со стула. Только теперь Арди заметил, что под полой пальто у сыщика алеет широкое, алое пятно. И несколько красных, жирных капель уже растеклись по полу в том месте, где Петр сидел, ожидая Арди.

— Что с вами? — Ардан подскочил и, поймав падающего со стула сыщика, не без труда поднял того на руки и уложил на кровать.

— Какое поганое чувство, — процедил Огланов, прикладывая ладонь к пятну крови. — когда другой мужчина поднимает тебя на руки.

Игнорируя причитания старой ищейки, Арди выдвинул один из ящиков стола, достал оттуда несколько жестяных баночек с мазями, а также пару бинтов, заранее пропитанных целебными отварами. Рядом легли и фляги с различными бодрящими и живительными чаями.

— Откуда? — только и спросил Огланов.

Арди, оценив свой арсенал, грустно заметил:

— В последнее время и у меня… особенные ночи, — он подошел к шкафу, снял с него коробочку и вытащил оттуда обмотанную платками палочку.

На ней еще остались следы от его зубов и клыков с тех пор, когда приходилось мазать свои раны и стараться не подавать звука — Тесс бы услышала. Да, они тогда еще не находились в совсемнепонятном статусе, но все же.