Норма повесила трубку и села рядом с какой-то толстухой, похожей на наркоманку. У той на шее, внизу, виднелся толстый лиловый след от уха до уха, как будто ее душили.
Герберт прибыл в сопровождении полисмена лет двадцати, который был на одно лицо с его сыном Бренданом.
Он снял с головы стетсон и сжал его в руках.
– Ты в порядке? – спросил он, поцеловав ее в одну щеку, потом в другую. – Понимаю, это тяжело, но ты должна мне все рассказать с самого начала.
Норма на мгновение задумалась. Уже второй раз ей представилась возможность во всем сознаться. Довольно просто было назвать имя девчонки, которая напала на Синди, – всего-то пять букв.
Но в таком случае обязательно всплывет и все остальное.
Норма приложила руку ко лбу, и ей показалось, что он горит.
– Не знаю, Герберт, все никак не могу взять в толк. Я была в саду, а Синди сидела в гостиной и смотрела телевизор. Потом я услышала, как машина рванула с места, и тут закричала Синди. Все произошло очень быстро. Я ничего не смогла поделать.
– Сначала поджигают машину Томми, а теперь вот это… Ты должна хорошенько подумать, Норма. Может, у кого-то зуб на тебя?
– Зуб на меня? Но кто способен сделать такое?
– В таких делах важна малейшая зацепка. Месяц назад в округе Салин двое напали на женщину в ее собственном доме – думали, она хранит наличность в гостиной. Они забили ее до смерти бейсбольной битой. Но девочка… Господи, до чего же ужасен этот мир! – Герберт откашлялся и нахлобучил шляпу. – Ладно, понимаю, сейчас не самое подходящее время, но, может, ты знаешь…
– Нет, – отрезала она. – Я ничего не знаю, они ведь не оставили никаких следов.
– Они? Думаешь, нападавших было несколько?
– Но ты же сам сказал, что на ту женщину напали двое!
– Это лишь предположение, Норма. Как бы то ни было, мне придется поехать к тебе и поискать улики, любые, какие только возможно.
– Делай как знаешь, – сказала Норма так, словно его слова пробудили в ней надежду.
Мысленно же она взмолилась, чтобы он ничего не нашел.
Переходя Коммершиал-стрит, Грэм услышал слева автомобильный сигнал и поспешил к тротуару. Мимо него, взвизгнув шинами, пронесся серый «Тандерберд» – водитель, хватив кулаками по рулю, что-то прокричал вслед Грэму.
Простая мысль, что ему нужно в больницу, ввергала его в ужас.
Он боялся снова столкнуться с матерью.
Боялся застать сестренку уже мертвой, покрытой белой простыней.
Но он должен был знать точно. Неизвестность становилась просто невыносимой.
Прохожие спешили мимо по своим делам. Был обычный день в обычном городке на Среднем Западе. А в двадцати километрах отсюда стены гостиной одного дома были забрызганы кровью девочки. И эта новость скоро разлетится по всей округе, точно чума. Грэм уже их слышал и видел, как они мельтешат у него перед глазами, эти серенькие душонки, охочие до любых сенсаций…
