«Я должна научиться делать это не хуже Леньяни», – сказала она себе и отправилась к итальянцу Чекетти.
– Вы наверняка знаете секрет этих пируэтов. Научите меня. Заплачу вдвойне за каждый урок.
И Чекетти не устоял перед таким натиском.
Матильда работала, не щадя своих пальцев, стирая их в кровь, и в отличие от других, у неё всё получилось довольно быстро! Девушка ликовала. Она опять победила!
– Я исполню тридцать два фуэте в «Спящей красавице», – заявила она дирекции и капельмейстеру Дриго.
– Вы рискуете, – усомнился дирижер. – А если у вас не получится?
– Не сомневайтесь. Я сумею прокрутиться на одном пальце тридцать два раза.
– Я не уверен.
– Главное, что я в этом уверена, – ответила Матильда, и проделала на сцене то, что ещё не удавалось ни одной русской балерине.
Зал бесновался! Все встали, устроив необыкновенную по своей силе овацию. Зрители со слезами на глазах кричали «Браво!». Они гордились тем, что и русская балерина может проделать такой трюк не хуже итальянки. Это был полный триумф! И что сделала тогда Матильда? Да она не была бы Матильдой Кшесинской, если бы не сделала это! Она решила превзойти Леньяни и сделать то, чего та никогда не делала. Повторить эти тридцать два фуэте на бис! Балерина встала на изготовку и кивнула дирижеру. Тот недоумённо уставился на неё, округлив глаза от изумления. Матильда нетерпеливо махнула ему рукой: мол, давай музыку заново! Он опять не понял, но зато зал догадался. Зрители смолкли и замерли в ожидании. В полной тишине Маля прокрутила пять или шесть фуэте, пока Дриго наконец не опомнился и не поддержал её музыкой. Что творилось в зале, когда все тридцать два полных поворота на одном пальце левой ноги были прокручены уже во второй раз, описать невозможно.
– Ты самая лучшая! Ты необыкновенная! – говорил ей потом великий князь Сергей.
Матильда была счастлива, но ей очень не хватало того, чтобы Ники тоже сказал ей это. Но он не видел её триумфа. В этот сезон молодой император со своей женой не посещал спектакли в связи с трауром.
А в театре между тем усиленно готовили премьеру балета «Лебединое озеро». Вернувшись с отдыха, Петипа решил сходить на репетицию и был поражён тем, что увидел. Девушки точно передавали движения птицы руками, напоминающими крылья, и наклоном головы, склонявшейся то к одному плечу, то к другому. Вдохновлённый этим творчеством, Мариус Петипа тут же отправился к директору.
– Я уже отдохнула, – заявил он. – Лев Иванов – плохая один. Я нужен!
Всеволожский был рад, что Петипа справился со своей хандрой и, конечно, назначил его хореографом балета, но и обидеть Иванова, уже столько времени работавшего над постановкой, он не хотел, а потому рассудил так: Лев Иванович ставит сцены с Белым лебедем, а Мариус Иванович – с Черным. И здесь произошло крупное столкновение главного балетмейстера со своим помощником. Петипа решил, что партию Черного лебедя у него непременно будет исполнять Пьерина Леньяни, невзирая на то, что она с самого начала работала над образом Белого лебедя. Петипа считал балерину самой талантливой в театре, и всем было ясно, что он, несмотря на свой возраст, был в неё даже влюблён.
– Только Пьерина Леньяни! – настаивал упрямый старик в дирекции.
– Но я проделал с ней большую работу, – волновался Иванов. – У нас уже готовы многие сцены!
– Ничего! Возмешь другая танцовщица, – продолжал настаивать Петипа. – Я главный маэстро. Ты мне подчиняться!
Но Петипа не учел того, что сама Пьерина дорожила тем, чего она достигла в танце с Ивановым. Ей совсем не хотелось отдавать своего Белого лебедя другой исполнительнице, и она нашла выход из положения.
– Ведь по либретто оба лебедя не встречаются на сцене, – заявила она Петипа. – Значит, я смогу станцевать обе партии. А в том, что они будут похожи внешне, как сестры близнецы, тоже есть интересный поворот сюжета.
– Два партия в балете? – удивился Петипа. – Надо много сила.
– Я справлюсь. Даже не сомневайтесь.
С тех пор так и пошло. Белого и Черного лебедя исполняла одна балерина. Только в редких случаях хореографы отходили от этого канона, установленного Петипа.
Премьера прошла пятнадцатого января девяносто пятого года и имела большой успех. Только имя Льва Иванова писалось в афише вторым после Петипа, а то и вообще не указывалось. Вот так и создался шедевр Петра Ильича Чайковского, без участия в нем самого композитора, и самый известный балет Мариуса Петипа, поставленный в основном скромным и не амбициозным его учеником Львом Ивановым, научившим танцовщиц имитировать руками движения крыльев птицы. Иванов много пил и никогда не работал на трезвую голову. Весь этот балет родился в его воспаленном алкоголем мозгу, и когда он на репетиции превращался в лебедя, изумленные танцовщицы пытались повторить за ним эти удивительные движения.
– Гений! – шептались они между собой.
Но все лавры за «Лебединое озеро» достались Петипа. Он же ГЛАВНЫЙ балетмейстер театра!