— Ну, и что!? — с жаром воскликнула китаянка, — Здесь другой мир!
— E-o, — согласился полинезиец, — здесь другой мир, но, как говорил доктор Фрейд, у носителя пуританства в подсознание внедрен моральный садист с кнутом, и не позволяет вольностей.
— Вы ведь наркоторговец, а не психоаналитик, — язвительно отреагировала Джоан Смит.
— Где ваши знания? — парировал Икаро, — «Польский снежок» это не наркотик, а психонавтик!
— В любом случае, — твердо сказала она, — это запрещенное психотропное вещество!
— Ну! — Икаро взмахнул руками, — Как вовремя сказано! Именно сегодня ваши B-52 сбросили на поселки острова Тутуила сотни химических бомб с психотропным веществом CF!
— Что-что? — переспросил подполковник Томпсон.
— Вот, дела… — искренне удивился полинезиец. — …У тебя что, не было допуска к этой info?
— А ты откуда знаешь? — влез лейтенант Вермонт, — или, может, ты просто прикалываешься?
— Hombre пену не гонит, что я сказал, за то отвечаю, — невозмутимо сказал ему Икаро Немо, и положил на середину стола включенный планшетник с 8-дюймовым экраном.
Формат-8 маловат, чтобы отобразить детально все, что попадает в объектив удаленной сетевой видеокамеры. Но благодаря качественной работе оператора, управлявшего дроном, на котором стояла видеокамера, смысл происходящего передавался четко. По экрану медленно скользили зеленые улицы, аллеи и парки прекрасного тихого городка Паго-Паго, и по ним бессмысленно перемещались фигурки людей. Фигурки падали, иногда ползли и пытались подняться, но потом застывали на серых дорогах и зеленых газонах. Под лежащими людьми расплывались черно-красные лужи. Иногда взгляд улавливал моменты ударов пуль. При промахах пули выбивали облачка белой пыли из стен домов. При попаданиях — темные брызги из человеческих тел. В общем: кто-то скоординировано расстреливал беззащитных людей, выпавших из реальности под действием боевого психотропного вещества…
Второй пилот, лейтенант Вермонт повернулся к подполковнику и тихо сказал:
— Томас, ты босс, я не претендую, но если это повесят на нас, то мы будем по ноздри в дерьме.
— У нас приказ, Лонел. Ты предлагаешь отказаться его исполнять?
— Конечно, нет! Неисполнение приказа — подсудное дело. Но, может быть, у кое-кого здесь есть прямая связь куда-нибудь в Лэнгли, или еще куда-нибудь, где принимают решения?
— У меня, — ответила спецагент Смит, — есть связь только с директором юго-восточного сектора Азиатско-Тихоокеанского отдела CIA.
— Тогда, — сказал Томпсон, — самое время туда позвонить. Вы же видите, что происходит.
— ОК, я это сделаю, — сказала она, вынула из бокового кармана куртки спутниковый телефон, и задумчиво посмотрела на индикаторную панель, — Черт! Связи нет.
— Конечно, нет, — ответила ей Икаро Немо, — пока идет активная фаза, включены глушилки.
— Короче, расслабьтесь, выпейте пива, — посоветовала Цао Сюян, — а потом поедем на островок Аунуу. Это холмик полтора квадрат-км, он примыкает с юга к восточной оконечности острова Тутуила. Там начались боевые действия с участием морских кочевников — каннибалов.
Островок Ануу. Тактика полудикой войны.
Есть везучие командиры, им достается одна команда надолго. Время вносит коррективы, кто-то уходит, и взамен появляются новенькие. Но, каркас «старой гвардии», созданный в первые годы, каждый раз сохраняется. А есть невезучие командиры, которые едва только успевают создать из новобранцев боевую команду, как приходит приказ: «передать взвод заместителю, принять под командование взвод новичков». И все с нуля. Есть совсем невезучие командиры, получающие экзотических новичков. 20-летний лейтенант Ясон Дасс декаду назад почувствовал себя совсем невезучим. Ему досталась полсотни чернокожих полудиких тинэйджеров, мальчишек и девчонок, которых этнограф опознал бы как первобытных негритосов с островов Андаманского моря, и добавил бы: «Они, как и большинство андаманцев, не контактирует с цивилизацией, сохраняют палеолитический образ жизни, традиционную одежду (состоящую только из поясного ремешка с петельками для крепления мелких вещей), и практикуют каннибализм».
Ясон Дасс не был этнографом, но родился и вырос в Бирме на андаманском побережье, и знал о негритосах достаточно, чтобы сделать тот же вывод. Даяк капо Коломбо (передавший ему под командование юниоров из племени рпонге) сообщил, что племя когда-то в древности обитало в акватории Бирмы, и их язык остался похожим на бирманский. Потом рпонге перешли к образу жизни морских номадов, откочевали с западной (андаманской) стороны Малакки на восточную (сиамскую) сторону, а теперь откочевали еще дальше к востоку, в акваторию Меганезии. Капо Коломбо не скрывал, что последняя миграция произошла при его деятельном участии. Что же касается конкретно этой полсотни юниоров, то они (по мнению капо Коломбо) были наиболее перспективными в племени, и Ясону повезло получить такой чудесный отряд охотников.
