Папины глаза округлились. Он смотрел на меня так, будто я совершила героический поступок. Мои слова тронули его? Заставили отступить от образа гордого, сильного и непоколебимого мужчины? Видимо, раз мой отец смотрел на меня глазами, полными одобрения, вины и раскаяния. Он сожалел о многом в своей жизни. Я не могу этого отрицать, но он никогда не скажет мне о чем именно. Его сожаления закрыты под семью замками, чтобы никто не мог о них узнать. Первое и самое главное — Элен и все, что с ней связано. Думаю, здесь не надо быть психологом, чтобы это понять. Помимо этой женщины в жизни моего отца было слишком много моментов, о которых я не знаю. Он никогда о них не расскажет. О многом папа молчит, потому что боится потерять нас, отвернуть своими словами. Мы — его единственные дети. Папа может довериться нам, потому что мы любим его таким, какой он есть. Я хочу, чтобы папа об этом знал.
Папа напрягся и нежно улыбнулся. Понятия не имею, с чем было связано его напряжение.
— Сейчас ты очень похожа на Катрин. Я и не заметил, как ты успела стать такой, как она: сильной, уверенной в себе, прямолинейной. Ты находишь в себе силы отстаивать свое мнение, чего бы это не стоило, — с тоской ответил папа и едва улыбнулся мне уголками губ, — Я горд как слон. Удав! И кто там еще есть? Моя маленькая дочурка выросла, теперь ей не нужен папа, чтобы защищать её. Скоро она выйдет замуж и будет писать мне сообщения в мессенджер раз в месяц. Как-то грустно.
Так вот о чем переживает папа. Он думает, что больше мне не нужен. Я улыбнулась и прослезилась:
— Папочка, это так мило, очень трогает, — утираю слезы я и от всего сердца говорю, — Ты всегда будешь одним из самых важных людей в моей жизни. Папа номер один. Лучший из лучших!
Папа хмыкнул и, как в детстве, взъерошил мои идеально уложенные для клуба волосы. Промолчал, снова став самим собой. Это хорошо. Честно! Когда он сам не свой, создаётся такое чувство, будто его вообще нет в реальности. Он где-то в своих мыслях ОЧЕНЬ ДАЛЕКО от нас. Но сейчас все в норме.
— Ладно, иди-ка ты спать, хулиганка! — улыбается папа и смотрит на часы, — Уже 6:48. Пора бы тебе на тихий час.
— Слушаюсь, папочка! — отдаю честь в шутку я и весело добавляю, — Только не лишайте меня конфет, пожа-а-алуйста!
— Посмотрим на твоё поведение, — смеётся папа.
В итоге мы расхохотались вдвоём на всю кухню. Что ж, по крайней мере он улыбался мне своей этой лыбой, которая служила доказательством того, что он вполне себе доволен и даже счастлив и одновременно почему-то подбешевала меня. Люблю своего папу.
ПОЛИН
Следующий день после того, как проспались после тусовки в клубе, мы провели в торговых центрах. Папа лично пожертвовал нам свою кредитку, заверив, что ему абсолютно все равно, сколько денег пропадёт из его банковского счета. Не так уж и плохо. Учитывая, что Макс повеселился с Дэлакортами до такой степени, что проснулся с Гидеоном в одной постеле даже не у нас дома и вернулся ближе к вечеру. Мы узнали об этом не от самого Макса, а от дяди Филиппа, который решил довести нашего отца до сведения, что его сын что-то попутал и в обнимку с Гидом завалился спать. Впрочем, дядя Филипп не был в претензии. Наоборот, они с папой посмеялись и вспомнили распутную, фривольную молодость. Ужас! Я, конечно, всегда знала, что папа кутил не по-детски, но не до такой степени. Вы только посмотрите на него! Степенный, уравновешенный, уверенный в себе мужчина еще и с атлетическим телосложением и харизмой. Любая девушка или женщина от него в обморок шлёпнется. Настоящий красавец с выразительными ангельски-голубыми глазами и роскошной густой шевелюрой. Он утверждает, что горд тем, что является моим отцом, тогда я ГОРДА тем, что именно я его дочь! Но вся лирика не в этом. Оказывается, мой папочка еще и бывалый тусовщик и ловелас, и девушки сами буквально прыгали к нему в постель.
— Зато сейчас кто-то ведёт монашеский образ жизни и запирается в своей крепости за семью замками, — усмехаюсь я, поедая завтрак, — Да, папа? Ты когда последний раз просто так в люди выходил?
— Меня не поймут, если я не возьму с собой местную ведьму, сама знаешь. А этого мне хочется меньше всего. Ни к чему давать ей в путать меня в очередную невыносимо сложную ситуацию. Мне и дома отлично, милая, — бурчит папа, читая газету, — В конце концов, кто будет вызволять Макса из полиции в случае чего? Какие планы на сегодня, девочки?
— Поясни про полицию? Это еще один эпизод твоей бурной молодости? Правда, что ль? Самого великого и неповторимого Ричарда Сарториуса закрывали в обезьянника за кипишь? — хохочу я, выдвигаясь вперёд, — Боже, так ты, оказывается, всё-таки обычный человек, а не авиастроительный король.
