Взяв фломастер, она нарисовала на стене торт: красивый, с воздушным безе, завитками и тонкими свечами. Дети с любопытством наблюдали за ее действиями, но спрашивать не решались. Забитые, запуганные, большую часть времени они проводили в тишине и старались двигаться бесшумно даже в коморке.
– У меня недавно было День Рождения, – пояснила она.
– Тебе нужно загадать желание и задуть свечи, – шепотом подсказала Рита.
Кристина сглотнула, собираясь с мыслями.
– Я желаю…
– Тш-ш-ш… надо про себя. Иначе не сбудется.
Что она могла желать в этот момент? Только одного:
В памяти еще витали тонкие ароматы цветов, слышался смех и радостное «один, два, три!». Закрыв глаза, она задула воображаемые свечи. Легкое, мимолетное ощущение мелькнуло и тут же исчезло, оставив после себя ноющую боль. Словно кто-то злой и ужасный в разгар праздника со всей силы ударил под дых.
Свет фонаря погас. Повалившись на пол, Кристина почувствовала на лице горячие слезы. В звенящей пустоте веселились монстры. Страх, голод, отчаяние отплясывали в груди безобразные танцы, разнося в клочья остатки жизненных сил. Им вторили крики, доносящиеся из-за закрытой двери. В крысином королевстве очередная вакханалия. До слуха доносились приглушенные крики, стоны, омерзительный смех.
Прислушиваясь, она молилась только об одном, чтобы дверь оставалась закрытой.
Ночью кто-то настойчиво пытался ее разбудить. Сквозь сон девушка чувствовала, как рукав кофты тянут куда-то в сторону. Открыв глаза, она ничего не увидела. Наощупь определила, что перед ней сидит Рита. Девочка приложила палец к ее губам, призывая к тишине. Понятливо кивнуть, Кристина села. Жестами Рита снова потянула ее в сторону, очевидно, призывая ползти за ней. Заинтригованная, девушка двинулась за Ритой. Вместе они оказались в дальнем углу подсобки, где лежала огромная гора тряпок. Вокруг по-прежнему было темно, хоть глаз выколи.
– Я знаю твой секрет. – раздался едва уловимый шепот в темноте. – Шрамы.
Надо же глазастая! Не зря говорят: дети все видят и слышат, как бы взрослые ни старались скрыть или завуалировать правду. Не понимая, как относиться к признанию, Кристина вздохнула. Отпираться бесполезно, да и врать не хотелось, поэтому пояснила:
– Об этом нельзя рассказывать. Иначе меня убьют, и вас некому будет защитить.
– Я никому не скажу, – тут же заверила девочка. – У меня тоже есть секрет.
Вскоре послышалось едва уловимое шуршание, и в руки Кристины лег странный прямоугольный предмет со скругленными краями. Она щупала холодный пластик, стараясь понять, что это может быть. Кнопки, какой-то провод, мелкие дырочки… внезапно ее пронзила догадка. Это же рация!
– Нужны батарейки, – прошептала Рита.
– Откуда у тебя рация?
– Папа дал. Он меня ищет.
– Хочешь сказать, твой отец выходит на связь?
– Нет, рация сломана. Я просто отправляю сигнал, чтобы папа знал – я жива. Он меня научил, смотри.
Детская ладошка ухватила ее за указательный палец и положила на кнопку связи. Рита показала, как надо нажимать: три коротких раза, затем три долгих и опять короткие.
– Папа говорил, так подают сигнал СОС. И если я в беде, надо позвать его.
Кристина слушала с интересом, но радости не было. Если рация неисправна, как ни нажимай, а на помощь никто не придет. К сожалению, ее технические познания равнялись нулю. Ни починить, ни протестировать прибор девушка не могла, даже понять, отправляются ли сигналы, не представлялось возможным.
– Пожалуйста, помоги найти батарейки.
После недолгого молчания Кристина погладила девчушку по голове и ответила согласием. Хотя ни на секунду не поверили в успешность затеи.
Сначала Док с одержимой идеей спасти зараженных, затем король с личной армией крысенышей, теперь вот Рита. Похоже, девочка искренне верила, что до сих пор на связи с отцом. Помимо окружающей темноты, Кристина вновь ощутила, как надвигается тьма внутренняя. Усталость, бессмысленность дальнейшей борьбы неотвратимо захватывали ее сознание. Уничтожали, превращая в пустую оболочку без души и веры. И это было в разы страшнее. Собрав последние крупицы в кулак, девушка спросила:
– Почему ты думаешь, что отец слышит?
– Лампочка мигает, когда поступает ответный сигнал. – прошептала Рита. – Он военный, он придет.
Даже если это так, без связи отыскать их невозможно. Но имеет ли она права лишать маленькую девочку последней надежды? Однозначно, нет. С тяжелым вздохом Кристина вернула рацию в маленькие ладошки и устало прошептала:
– Хорошо, мы найдем батарейки, а после ты покажешь, как она работает.
В ту ночь сразу стало ясно – в магазин соваться нельзя. Снизу доносились шорохи и звуки, в которых безошибочно угадывалось присутствие зараженных.
Но кто их спрашивал? Дверь отворилась, и всех, кроме Кирика выволокли наружу.
– Пора на охоту, – с ласковой улыбкой пропел король.
Решетка закрылась, а они ни живые, ни мертвые от страха продолжали стоять на этаже. Все понимали, внизу смерть.
– Что будем делать? – не выдержав напряжения, первым спросил Макс.
– Идем в рестораны.