— Чёрт! — быстро крутя ручку и гася пламя, я схватилась за полотенце, стараясь взять ситуацию под контроль. — Это ты виноват. Нельзя было меня отвлекать. — бурчала я, вытирая последствия мини-потопа.
— Мне охренеть как жаль. — мурчащий голос Тайлера коснулся моего уха, в то время как руки скользнули по шёлковой ткани халата, проникая под него. — Ты же простишь меня, детка? — откинув назад мои волосы, он коснулся губами шеи, вызывая у меня прерывистый вздох. — М-м? — Его пальцы коснулись напряжённых сосков, ласково поглаживая, а затем щипая, заставляя мои глаза закрыться и вновь окунуться в океан удовольствия, который способен предложить этот мужчина. — Мне ведь… — Тайлер подхватил меня и усадил на стол, не заботясь о подготовленных пустых чашках для кофе и остывающих тостах, мирно лежащих на тарелке. — правда очень-очень жаль. — Шкодливо улыбаясь, он опустился вниз, раздвигая мои ноги. — И я готов молить тебя, — жгучий поцелуй, оставленный на внутренней стороне бедра, едва ли не выбил все остатки самообладания из моего возбуждённого тела. Наблюдая за Тайлером, я закусила губу. — О пощаде. — Мои ноги удобно устроились на плечах мужчины и он, в очередной раз за это утро, мучительно восхитительно коснулся меня языком.
Сдерживать стоны или хотя бы пытаться не сжимать голову Тайлера ногами, не тянуть за волосы, было попросту невозможно. Каждое прикосновение распаляло меня всё больше, заставляя вновь и вновь терять над собой контроль. Даже когда я случайно ударилась затылком о навесной шкаф, в котором протестующе загремели тарелки, было слишком плевать на боль. Существовал лишь рот Тайлера и безграничное удовольствие. А может быть, вместо «и» должен стоять знак равенства? Неважно. Всё это не имеет значения.
И так было ровно до тех пор, пока по квартире не прокатилась трель от дверного звонка, оповещая о посетителях.
Я испуганно распахнула глаза, словно меня только что окатили холодной водой с головы до ног, моментально отрезвляя.
— Тай… — пискнула я и схватила его за голову, останавливая.
— У меня сраное чувство дежавю. — хмыкнул он, облизывая губы и пронзая меня горящим взглядом. — Ты разве кого-то ждёшь?
— Нет.
— Тогда плевать кто там. — пробормотал он и взяв мою руку, чмокнул ладонь. — Мы сейчас слишком заняты и не можем принимать гостей.
Звонок в дверь повторился, и я нервно бросила взгляд в коридор. Потом на Тайлера. Потом снова в коридор. Я хотела поддаться искушению и остаться с Тайлером Ридом взаперти хоть на вечность. Лишь бы продолжать чувствовать его рядом и ловить каждую секунду, которую так щедро подарила нам судьба.
— Хорошо. — Я погладила его по щетинистой щеке, принимая решение в его пользу. И, возможно, мы бы продолжили и дальше игнорировать внешний мир и спрятались в кровати, если бы мой телефон не запел голосом Тома Джонса, сигнализируя композицией о входящем звонке от мамы.
— Да быть того не может… — С трудом сглотнув ком в горле, я уставилась на входную дверь. Быстро соскользнув со стола, принялась спешно запахивать халат, будто мои предки обладают рентгеновским зрением и уже наверняка знают, чем их дочь промышляет, пока они, уставшие, ждут, когда же та соизволит утихомирить свою промежность и открыть им.
— Всё в порядке? Только не говори, что мне придётся опять прятаться в шкафу. — усмехаясь, Тайлер коснулся моего плеча, и я испуганно отпрянула. — Хэй.
— Оденься. — быстро бросила я, пресекая любые его действия или слова и побежала в спальню.
Судорожно пыталась натянуть на себя джинсы и футболку, невзирая на непослушные руки и сердце, разогнавшееся настолько, что казалось, сейчас случится инфаркт. Это насмешка судьбы или просто глупое совпадение, но я знаю точно одно: я не готова встретиться с родителями. Ни сейчас, ни позже. Это слишком. Я абсолютно не готова.
Краем глаза замечая, что Тайлер не стал упрямиться и всё же покорно выполняет мою просьбу, застёгивая брюки, я побежала к двери. Стараясь сосредоточиться на дыхании, пыталась мысленно представлять себе, что встреча с родителями — это зона турбулентности и мне нужно просто преодолеть это. Спокойно и без паники. В полёте я не боялась никакой тряски или внезапных ситуаций, когда рядом был Тайлер.
«Чёрт. Тайлер. Тайлер — не любимчик-Уилл, которому всегда прощались любые промахи. Не тот, в ком души не чаяли мои родители, особенно мама…»
Посмотрев в глазок, обречённо вздохнула и всё же неохотно открыла дверь.
— Привет, мам. Привет, пап.
Нью-Йорк
Новые стороны Эллисон Хендерсон, которые она постепенно открывала для меня, всегда были чем-то неожиданно приятным и будоражащим. Чем-то таким, что распаляло мой интерес к этой девушке так, будто каждая клеточка моего тела была покрыта керосином и лишь один её взгляд был подобен чиркнувшей спичке, из-за которой я просто сгорал изнутри, получая чистейший кайф от этого, как какой-то мазохист. Но то, какой Эллисон стала, когда нас в очередной раз прервали, мне абсолютно не нравилось.
