Её нервозность и тревожные взгляды на входную дверь превращали её из роскошной властной тигрицы верхом на кровати в напуганного маленького котёнка, желающего спрятаться где-то в дальнем пыльном углу под этой же самой кроватью. И это было тем, чего я не хотел видеть в ней. Да и ощущать эти непонятные эмоции внутри самого себя тоже как-то было непривычно и продолжать в том же духе желания не было.
Вернувшись к кухонному островку, я поставил чашки так, будто каких-то пару минут назад здесь не происходило абсолютно никакого безумства, сопровождающегося неистовыми стонами Эллисон.
— Почему вы не предупредили, что прилетаете в Нью-Йорк? Я бы встретила вас. — Краем уха я ловил обрывки фраз и отмечал, что звенящий негодованием голос Эллисон приближался по маленькому коридорчику к кухне. Я не нашёл ничего лучше, как нажать кнопку на тостере, который сразу же спрятал в себе пару ломтиков белого хлеба, и, нацепив одну из лучших улыбочек, развернуться лицом ко входу.
«Да разверзнется ад.»
Почему именно ад? Да потому, что сколько бы пассий у меня ни было в жизни, и в какие бы странные ситуации я не вляпывался по их милости, встречи с родителями всегда были одними из самых нелюбимых исходов жарких ночей. Пусть это и случалось не так уж и часто, да и в последний раз это было лет пять назад, но уже тогда я не стеснялся вести себя как заносчивый мудак, полностью не заботясь о том, чтобы произвести хотя бы минимальное впечатление приятного парня. Напротив. Мне было абсолютно плевать, ведь я знал, что отношения с очередной крошкой не выйдут за пределы спальни и за границы одного раза. Так что пытаться лебезить перед разъярёнными отцами, свято верящими, что их доченьки невинные ангелы, было попросту пустой тратой времени.
Да, чёрт возьми, я никогда не пытался специально произвести на кого-то хорошее впечатление и уж тем более ввести в заблуждение по поводу собственной сущности, которая буквально просачивалась из каждой поры, выдавая. Но именно сейчас мне хотелось притвориться идеальным. Понравиться родителям Хендерсон.
Но это лишь потому, что я не желаю стать создателем проблем для неё, ведь хочу быть уверенным, что могу рассчитывать на её киску тогда, когда мне это понадобится. Не более.
«Может тупо улыбаться и не открывать рот? Так я точно буду выглядеть милашкой.»
— Я же писала тебе, что мы приедем знакомиться с девушкой Роберта. Ты уже забыла? — Статная женщина в клетчатом юбочном костюме вошла в маленькую комнату, поправляя свои светлые короткостриженые волосы. Хоть она и имела внешнее сходство с Эллисон, но всё же именно здесь она не вписывалась абсолютно никак. С её строгим взглядом и серьёзным выражением лица она бы более гармонично смотрелась в зале суда, где бы грозно стучала молоточком и выносила беспощадный приговор «казнить из-за того, что ты мне тупо не нравишься», например.
Заметив меня, изображающего «скалящуюся во все свои тридцать два» статую около плиты, она замерла и мгновение изумлённо изучала такой вот экспонат. На это же самое мгновение я даже подумал, что, вроде бы, всё не так уж и плохо, пока её светлые брови не сдвинулись к переносице. Это равносильно тому, что будь у неё в руках тот самый молоточек, уверен, сейчас бы он прилетел мне по яйцам.
«Вот дерьмо.»
Следующим, кто вошёл в кухню, оказался невысокий пухлый мужчина в крохотных очках, твидовом пиджаке и, следуя примеру своей жены, встал как вкопанный на пороге, выглядя явно больше удивлённым, чем рассерженным, чего нельзя было сказать о мисс-судье.
— Здравствуйте, мистер Хендерсон, миссис Хендерсон. — оживился я, протягивая мужчине руку и ярко улыбаясь. — Тайлер. — краем глаза замечая появившуюся Эллисон, удержался, чтобы облегчённо не выдохнуть. Было радостно осознавать, что она сейчас рядом, но, чёрт, какого хрена я так нервничаю? — Рад знакомству.
— Тайлер? — Женщина впилась в меня своими льдистыми глазами, словно проверяя выдержку, безошибочно найдя мою ахиллесову пяту. Уж чем, а спокойствием на земле я явно никогда не отличался.
— Верно. — облокотившись о столешницу, бросил взгляд на Эллисон, нервно жующую губы позади своей матери. Девушка стояла, скрестив руки на груди и выглядела так, словно вот-вот готова сорваться с места и унестись далеко за горизонт. Это волнение и растерянность в ней одновременно выбивали меня из колеи и бесили. Я, нахрен, не хочу видеть её в таком состоянии. Мне. Не. Нравится. — Детка, твои родители выглядят так, будто впервые слышат обо мне. — Я усмехнулся, наконец поймав её настороженный взгляд «Заткнись сейчас же, пока я тебя не стукнула», и продолжил. — Ну, ничего страшного. Мы не так давно вместе, поэтому я всё прекрасно понимаю. В любом случае, — обхватив Эллисон за плечо, прижал к себе. — Очень рад знакомству. — Её родители по-прежнему ошарашенно смотрели на нас, будто не верили в происходящее, и практически синхронно вздрогнули, когда из тостера выскочили два кусочка белого хлеба, разряжая обстановку. — Кому тосты с джемом?
