Останавливать меня никто не стал, хоть и продолжали смотреть с некоторой опаской. Даже не представляю, чего они боятся. Характер у Габера сложный, но он точно не станет набрасываться на студентов без повода. Так что, как по мне, народ просто перестраховывался.
Впрочем, уже скоро я понял, почему к орку никто не заходил. Ведь стоило мне постучаться и приоткрыть дверь, как в стену, в двадцати сантиметрах от меня, влетела стеклянная бутылка.
— Сказал же не беспокоить! — прорычал орк. — Пошли в бездну!!!
Обычному человеку довольно непросто разговаривать с зеленокожими. Ведь из-за характерного рычания и грозного вида, даже обычная просьба показать дорогу, может показаться желанием убить или как минимум покалечить.
Я же достаточно пообщался с орками, чтобы начать различать их интонации. И сейчас в голосе Габера четко прослеживались нотки ярости, отчаяния и… опьянения? Последнее было особо удивительно, когда речь касалась столь дисциплинированного орка, как Мелиссин отец.
И всё же любопытство оказалось сильнее. Я вооружился палочкой, чтобы отразить возможное нападение, и с опаской вошёл в квартиру.
На просторной двуспальной кровати сидел орк. В одной руке он держал фотографию, а в другой — бутылку водки. Ещё с десяток пустых валялись на полу.
Габер поднял на меня мутный взгляд и хрипло произнес:
— Чего приперся, Лазарев?
Было непривычно видеть орка в таком разобранном состоянии, но я взял себя в руки.
— Вы не пришли на тренировку, потому я решил зайти и узнать, что случилось. И как вижу — не зря. — Я захлопнул дверь перед носом у любопытных зевак, что выглядывали из коридора, и осторожно развернулся. С пьяным орком надо быть поосторожнее. — Вам нужна какая-то помощь?
Габер усмехнулся и сделал большой глоток из полупустой бутылки.
— Мне? Помощь? — иронично рыкнул он. — Да я сам кому хочешь помогу…
Он попытался встать с кровати, но пошатнулся и чуть не упал. Я инстинктивно протянул руку, чтобы его поддержать, но орк отмахнулся.
— Руки свои убрал! Все нормально… — с этими словами он снова сел на кровать и уставился на фотографию в своей руке.
Сперва я подумал, что на ней изображена Мелисса, но нет, эта орчиха была только похожа на мою подругу. Такая же красивая, только явно старше. Да и волосы заплетены во множество длинных косичек, что говорило о статусе жены «великого воина». Это была одна из старых орочьих традиций, которых семья Габера явно придерживалась.
— Теперь понятно, в кого пошла Мелисса. Ваша жена — очень правильная и крепкая женщина.
Человеку такой комплимент покажется странным, но для орчихи — это самая большая похвала. Ведь под «правильностью» имелись в виду черты лица и фигуры, а под крепостью возможность защищать и продолжать род. Красота для зеленокожих стояла на десятом месте. Хотя и тут Габер определенно не прогадал… Изабелла была действительно красива.
— Это да… — тепло буркнул орк, поглаживая фотографию. — Она моя гордость и мой главный трофей.
Я посмотрел по сторонам и выбрал здоровенный деревянный стул, на который можно умоститься.
— Мне кажется, что пить всегда лучше в компании.
— Тебе кажется, — хмыкнул орк. — Бывают такие моменты, когда чувство стыда настолько велико, что единственное, что сможет облегчить тяжелую ношу — это несколько бутылок хорошей водки, выпитых в полном одиночестве.
Интересное у Габера понимание слова «несколько», так как на полу валялось как минимум девять опустошенных бутылок. Нет, я понимаю, что оркам обычно требуется куда больше алкоголя для опьянения, но не настолько же…
— Сегодня ваша годовщина?
Орк отрицательно мотнул головой.
— Сегодня годовщина величайшего позора в моей жизни, от которого я так и не смог отмыться. Вам, людям, тяжело понять боль настоящего воина Великой Степи. То, что произошло девятнадцать лет назад продолжает преследовать меня. Те события всплывают в памяти, приходят во сне, терзают меня. Именно поэтому раз в год, второго октября, я устраиваю себе такого рода разрядку. — Орк грустно хмыкнул. — отмечаю день своего позора…
Я не знал, как отреагировать на слова зеленокожего. Кто знает, вдруг история, произошедшая между Первым Советником Никольским и семьей Габера должна была остаться тайной? Вдруг Мелиссе перепадет за излишнюю болтливость.
— Чего дергаешься, Сергей? Или думаешь, что моя дочь расскажет тебе что-то без разрешения?
— Кхм… спасибо, за доверие.
Орк снова приложился к бутылке, полностью осушил ее и отбросил в сторону. После чего достал из-под кровати следующую жертву своего запоя и с пьяным прищуром посмотрел на стол.
— А стаканов твоего размера у меня и нет…
Странный был разговор. Необычный. Из Габера словно стержень вытащили, настолько орк казался раздавленным. Даже не думал, что события такой давности могут накладывать настолько сильный отпечаток. К тому же… ситуация была паршивая, согласен, но никто ведь не умер. А это уже дорогого стоит.
