Только тогда он смог внимательнее рассмотреть лицо женщины и признать в ней Прасковью. Они встречались несколько раз, когда знаменитая зельеварка прилетала в школу, чтобы дать очередной показательный урок, а заодно поискать себе подмастерье. Последнее, к слову, так ни разу и не случилось — за шесть последних лет у Самариной так и не получилось найти достойного зельевара, которому она сможет передать накопленные знания.
Хотя как по мне, ситуация выглядела несколько иначе: Прасковья не за учеником сюда приходила, а за очередным нераскрытым талантом, чьи изобретения она смогла бы прибрать к рукам, как это случилось с Алиной, в свое время. А может искала кого-нибудь, кто достанет для нее фиалковое очарование. Тоже вариант. Причем, вполне правдоподобный.
Ситуация стала бы совсем плачевной, если бы не подоспел второй мужчина, который был здесь за старшего. Он был намного опытнее своего молодого коллеги, а потому сразу распознал элементы проклятия «незаживления», которые кто-то наложил на Самарину. Та без труда могла бы их развеять, если бы сохранила хоть какие-то силы, но нет — Прасковья с трудом дышала и, как казалось, несла какой-то бред.
Все, что охранники смогли разобрать — это «фиалки», «Сергей Лазарев» и «срочно». Маловато, чтобы понять, что к чему.
Первым делом они попытались найти директора, но по словам его секретарши, тот ушел в Междумирье сразу же после того, как закончил с загоном для ящеров. Более того, он в категорической форме потребовал, чтобы в ближайшее время его никто не беспокоил. Да и способов связи, пока Прохор находится в астрале, ни у кого не было.
Следом парень добежал до лекаря и отправил его к израненной женщине. Благо целительское крыло находилось рядом с директорским кабинетом, так что времени он практически не потерял.
Ну а потом охранник бросился искать меня. Произнеси Прасковья имя любого другого ученика, и он бы побежал к одному из деканов, но тут речь касалась внука директора, так что он решил не рисковать.
Лишь проходя через проходную, я на мгновение подумал, что всё это может оказаться тщательно спланированной ловушкой, но тут же отмел эту мысль. Охранников здесь выбирают с особой тщательностью. Да и какой смысл им брать деньги, если после этого они не проживут и нескольких часов? В этой школе очень серьёзно относятся к безопасности! А разные призраки белых женщин и опаснейшие гонки на ступах — это так, мелочи жизни.
Так что озвученная история выглядела правдиво. Осталось только понять, кто именно отделал Прасковью и почему она позвала именно меня. Хотя сказанное ей слово «фиалка» само собой отбрасывало большую часть вопросов.
Но когда мы забежали в помещение, все вопросы резко улетучились, так как перед глазами возникла удивительная картина: посреди комнаты, спиной ко мне, действительно стояла Прасковья. Девушка была полностью обнажена, а ее порванное платье валялось у входа.
На ее теле кровоточили порезы, с которыми отчаянно пытался справиться местный лекарь. Он осторожно колдовал над каждой ранкой, вытягивая оттуда черную материю проклятия. И как только это происходило, порез практически сразу затягивался, демонстрируя нечеловеческую регенерацию.
— Сейчас, любимая, потерпи немножко. — приговаривал лекарь, развеивая очередную черную субстанцию. — Еще чуть-чуть… сейчас закончу…
Говорил он с придыханием, словно действительно обращался к горячо любимой женщине. Одна рука работает палочкой, а вторая с трепетом прикасается к упругой попке, на которой не было ни единого ранения.
Второй охранник тоже находился здесь. Только не на своем стуле, а у ног Прасковьи. Он самозабвенно целовал ее пальчики и, кажется, не мог оторваться от этого процесса.
— Это что за херня⁈ — выпалил я, не понимая, что тут вообще происходит.
Из-за спины неожиданно послышался восхищенный голос второго охранника.
— Богиня… я иду… — он прошел мимо, не забыв хорошенько толкнуть меня плечом, и, словно зомбированный, направился к Прасковье.
Сама Самарина повернула голову в мою сторону и поманила пальцем. Несмотря на большое количество потерянной крови, выглядела она вполне себе бодро и даже сексуально. Ума не приложу, почему при взгляде на нее в мыслях возникло именно это слово. Это же ненормально… неестественно.
Тут она полностью повернулась и я наконец смог рассмотреть ее глаза. Они были другими! Зрачки в виде двух черных сердец, обливающихся кровью… Суккуб, мать ее за хвост!!!
Я сделал шаг назад, но Прасковья резко взмахнула рукой, и дверь за моей спиной захлопнулась. А вот это совсем не человеческое колдовство, а значит моя знакомая полностью утратила контроль над своим телом. Паршиво. Очень паршиво! Прежде я никогда не сталкивался с суккубами, но выражение «затрахать до смерти» возникло именно после общения с ними.
Не спорю, умереть такой смертью очень заманчиво, но я пока на тот свет не собираюсь.
— Какой милый мальчик, — голос Самариной изменился: он стал более нежным, игривым и притягательным. Хотелось забыть обо всех делах и часами ее слушать. — Подойди, чего же ты стоишь…
