Она проснулась утром очень рано. Уже не могла больше спать. Пол был твердым и неудобным, а ее рассудок омрачился от горя и отчаяния. Еще едва рассвело. Внутренний двор между зданиями был все еще погружен в тень, падающую от деревянных стен, опоясывающих Беббанбург. Облака над этими стенами уже окрашивались рассветом в розоватые тона. Суннива осторожно вышла наружу, в прохладу утра, рассеянно морщась от боли в ступне.
Повсюду вокруг нее кипела бурная деятельность. Из зданий выбегали какие-то мужчины. Они несли в руках щиты и копья. Один коренастый воин в широкой куртке и в шлеме с козырьком едва не налетел на нее. Она проворно отскочила в сторону и задалась вопросом, что здесь происходит. Может, валлийцы уже подошли к Беббанбургу? Было очевидно, что снующие сейчас по двору воины готовятся к битве. Другого объяснения их действиям она дать не могла.
Суннива пошла к лестнице, которая вела на стену и по которой она уже забиралась туда прошлой ночью. Она залезла на платформу частокола и выглянула из-за его верхнего края.
Местность на запад от Беббанбурга была затемнена тенью, падающей от этой крепости, на многие сотни шагов. Где-то далеко, у линии горизонта, виднелось пятно дыма там, где все еще горели постройки Гефрина. Суннива посмотрела на участок местности, расположенный ближе – за пределами падающей от крепости тени, но все же довольно близко к Беббанбургу.
Там она увидела множество коней, а за ними – воинов. Они выстраивались в боевой порядок, образуя стену из щитов. Суннива прищурилась, пытаясь получше разглядеть то, что она видела, и понять смысл происходящего. Эти воины стояли спиной к Беббанбургу. Затем они, похоже, пошли вперед – то есть в сторону, противоположную той, где находилась она. Почему?
И тут она заметила небольшую группу людей, тоже выстроившихся в линию напротив пришедшей в движение стены из щитов. Ей все стало ясно. Сердце в груди екнуло. То, что она сейчас видела, могло означать только одно: эту небольшую группу людей составляли воины, выжившие в Гефрине. Они находились сейчас слишком далеко для того, чтобы она могла кого-то рассмотреть, но в ней затеплилась надежда.
Беобранд, возможно, все еще жив.
Беобранд приготовился к битве. Его тело болело после вчерашнего сражения и после долгого ночного марша, но он собрался с духом и попытался вселить и в самого себя хоть немного той уверенности, которую вселил в других.
Враг приближался. Беобранду вдруг очень захотелось помочиться. Однако времени на это уже не было.
Наконечники копий валлийцев поблескивали. Лица людей, наступающих на Беобранда и его товарищей, оказывались в тени на фоне находящегося за их спиной утреннего солнца, и рассмотреть их было невозможно.
Валлийцы подошли уже совсем близко.
– За Берницию! – крикнул Беобранд, но его голос утонул во множестве криков, издаваемых обеими противоборствующими сторонами.
Пластины шлема, прикрывающие его щеки, ограничивали поле зрения, заставляя его смотреть прямо перед собой. Он сосредоточил внимание на вражеском воине, движущемся прямо на него… И тут он, вздрогнув, увидел, что вирд наконец-таки свел его лицом к лицу с врагом, который убивал его родственников и друзей.
Да, прямо перед ним находился Хенгист. Еще несколько мгновений назад он был для Беобранда всего лишь одним из безликих вражеских воинов, но теперь Беобранд мог рассмотреть каждую деталь внешности своего заклятого врага. Его черные волосы были скрыты небольшим шлемом, снабженным наносником, однако его можно было безошибочно узнать по походке, фигуре и по изуродованному шрамом лицу. Усталость и страх Беобранда тут же испарились так же быстро, как испаряется вода, которой брызнули на раскаленный докрасна металл. Он давно мечтал об этом моменте. Когда-то он уже вступал в бой с Хенгистом и едва не расстался при этом с жизнью. Однако в то время он еще не был готов к подобной схватке. Он тогда был облачен в рубаху и штаны, а вооружен всего лишь саксом.
Сейчас же у него в руке – меч брата, а облачен он в кольчугу и шлем.
Он уже больше не какой-то неопытный юноша. Он принимал участие в битве у брода неподалеку от Гефрина, и перед ним тогда образовалась целая груда убитых им врагов.
Наконец-то он сможет отомстить.
Хенгист подходил все ближе. Он видел перед собой массивную фигуру воина, лицо которого было частично скрыто железным шлемом. Голубые глаза этого воина пронзали его насквозь. Глаза эти показались Хенгисту знакомыми.
Беобранд вдруг понял по выражению лица Хенгиста, что тот его узнал.
Их разделяло теперь расстояние не больше длины копья. Искаженное ужасным шрамом лицо Хенгиста расплылось в зловещей ухмылке. Его зубы блеснули белизной на фоне красного шрама.
– Пришло время поквитаться за мое лицо, парень! – крикнул Хенгист. – Сейчас ты умрешь!
Он рванулся вперед, и вместе с ним ринулась вперед вся валлийская стена из щитов. Щиты с грохотом ударились в щиты. Обе противоборствующие стороны с силой напирали, пытаясь удержать позиции.
Глядя поверх своего щита, Беобранд видел безумные глаза Хенгиста и отчаянно пытался устоять на месте.
