В такие дни Беобранду вспоминались те времена, когда он охотился с Октой и своими друзьями. Леса вокруг Хите кишели дичью. Охотники обычно оставляли на границе леса маленькие подношения лесным духам и углублялись в прохладную темноту. Там они начинали искать следы, оставленные большими дикими кабанами. Найдя их, они разделялись на две группы, одна из которых ждала в засаде, держа копья наготове, а вторая гнала кабана в сторону первой.
Подобным образом они завалили множество кабанов, щетинистых и клыкастых. Эти животные, завидев людей, обычно бросались наутек из поросли как раз туда, где их поджидала вторая партия охотников, и те в нужный момент выскакивали из засады с копьями, наконечники которых слегка поблескивали в полумраке. Далее раздавался визг, хрюканье, крики и треск ломающихся веток. Затем становилось тихо, и было слышно лишь тяжелое дыхание охотников, которые вскоре начинали смеяться, радуясь своему успеху и тому, что им удалось остаться живыми и невредимыми в схватке с опасным лесным зверем.
Мясо дикого животного, которое ты убил сам, куда вкуснее любого другого мяса. Беобранду всегда больше всего нравилось жареное мясо кабана – сочное, с хрустящей корочкой… От мыслей о нем в эти мрачные и голодные зимние дни у Беобранда начинало сводить желудок, и он еще больше тосковал по брату и друзьям.
Беобранд стал замечать, что, продвигаясь на север, они почему-то обходят стороной поселения. После инцидента с Брекой Хенгист, похоже, старался ночевать исключительно в лесу, какой бы холодной ни была погода. Иногда они видели вдали дымок, но каждый раз Хенгист отказывался от мысли расположиться на ночлег в деревне в каком-нибудь теплом доме. Возможно, инцидент с Брекой напугал и самого Хенгиста, хотя это и казалось Беобранду маловероятным.
Как-то раз в конце дня, когда бледное солнце уже почти доползло по небосклону до крон виднеющихся далеко на горизонте деревьев, они набрели на какое-то поселение, представлявшее собой не просто группу хижин и загонов для скота, а скопление солидных зданий с белыми стенами, как бы обступивших одно самое большое строение – прямо-таки дворец. Последние лучи заходящего солнца придавали соломенной крыше этого главного здания золотистый оттенок. Из трубы в крыше в холодный зимний воздух поднимался дым, и, поскольку ветра не было, он зависал над крышей, словно расплывчатая корона. До Беобранда донеслись отголоски смеха и громких разговоров, и ему даже почудился запах варящегося мяса.
Спутники Хенгиста посмотрели на своего вожака, молча спрашивая его взглядом, не попытаться ли им напроситься здесь на ночлег. Они уже очень продрогли от холода и сырости. Всю прошедшую ночь и все утро шел дождь, который стих лишь незадолго до того, как они увидели это поселение, и то как бы поманило их к себе, обещая тепло.
Хенгист пожал плечами.
– Я тоже замерз. Тепло очага и крыша над головой придутся нам как раз кстати.
Все пятеро улыбнулись в ответ, воспрянув духом, и зашагали вслед за Хенгистом по дороге, ведущей к главному зданию. Когда они проходили мимо прочих домов, какие-то люди смотрели на них, приоткрыв двери. Один мужчина, чинивший забор, молча кивнул им в знак приветствия. Вслед за ними припустила, едва не наступая им на пятки, ватага детей, и, чтобы их отпугнуть, Дренг обернулся и в шутку зарычал. Дети завизжали и бросились наутек.
Прежде чем Хенгист и его спутники успели дойти до главного здания, к ним подошли четверо мужчин. Каждый из них держал в руках копье и щит. Самый старший из них – суровый на вид воин лет тридцати с проседью в бороде – поднял руку и спросил:
– Что вам нужно здесь, в графстве нашего господина Эгрика?
Хенгист ответил голосом гладким, как полированное серебро:
– Мы – путники. Мы устали, замерзли и промокли, а потому надеемся на гостеприимство вашего господина. Одна ночь за его столом и под его крышей – и мы опять тронемся в путь.
Суровый мужчина бросил взгляд на их оружие, явно оценивая, какую угрозу они могут представлять.
– Путники, говоришь? Куда же это вы направляетесь, если вы так хорошо вооружены?
Хенгист улыбнулся.
– Дороги опасны для путников, но мы вообще-то воины, как ты и сам можешь видеть. Мы направляемся на север, чтобы найти себе господина. Хотим предложить свои услуги новому господину Берниции – королю Энфриту.
– Тогда, наверное, боги вам сегодня благоволят. У нас сейчас находится один из приближенных Энфрита. Подождите здесь. Я поговорю со своим господином.
Он ушел, оставив других стражников присматривать за Хенгистом и его спутниками. Подойдя к главному зданию, он зашел в него. Стражники нервно переминались с ноги на ногу, то и дело поглядывая через плечо туда, где скрылся их начальник.
