Нормандская знать и рыцари, возмущённые не менее герцога предательством Гарольда, как один высказались в его поддержку, и стали деятельно готовиться к военному походу. Сомневающихся, убедили на собрании нормандской аристократии в Лильбонне. Особенно пламенно выступал, призывая к походу на Англию, Вильям Фиц-Осберн, сын убитого в январе 1041 года Вильгельмом де Монтгомери Осберна де Крепона. Вот и сам глава клана Монтгомери, Рожер, сидит рядом, и тоже высказывается в поддержку прав герцога Вильгельма. Да и все остальные – Готье Жиффар, получивший от герцога, за верную службу сеньорию Лонгвиль, ходивший в паломничество в Сантьяго-де-Компостелу, и приведший оттуда герцогу Вильгельму великолепного коня, и Вильгельм де Варенн, и самый знатный, богатый и доблестный барон Нормандии Рожер де Бомон, и Ричард де Ревьер, и братья Ричард и Бодуэн Фиц-Гилберты, и Гуго де Грантмесниль, все поддерживают герцога и готовы идти за ним на Англию.
Оказала поддержку Вильгельму и высшее нормандское духовенство, и римская церковь, и сам папа Александр II.
Главной борьбой партии церковных реформаторов в Риме, была борьба за инвеституру, и с симонией (Выдача церковной должности светским лицом, например королём, за деньги или бесплатно. На синоде 1059–1060 гг. папа Николай II обозначил симонию как тройную ересь. Лицо, получившее церковную должность путём симонии, а не из Рима, из рук папы, следовало лишить сана), а Гарольд II, став королём Англии, самолично назначил архиепископом Кентерберийским, примасом церкви Англии, своего сторонника Стиганда, что означало разрыв со Святым Престолом.
Всё высшее церковное духовенство Нормандии – престарелый архиепископ Руана, прославленный своим аскетизмом – Маврилий, и ближайший советник, главный помощник герцога Вильгельма в церковных делах, широко известный, завоевавший значительный авторитет в вопросах богословия, ломбардец по национальности, а ныне аббат основанного недавно в Кане монастыря Святого Стефана – Ланфранк, и ещё один итальянец, молодой, но уже тоже знаменитый – Ансельм из Аосты, и чуть поодаль, брат герцога, Одо, епископ Байё (После отъезда герцога Роберта Великолепного в паломничество по Святым Землям, его наложница, мать Вильгельма, Герлева, вышла замуж за виконта Герлуина де Контевилля. И от этого брака, у Вильгельма были едноутробные братья – Роберт, ставший в 1055 году графом де Мортен, Одо – с 1049 года – епископ Байё, и три единоутробных сестры), и епископ Эврё – Бодуэн, и Жоффруа де Монбрей, епископ Кутанса, и рядом с герцогом – Роберт Жюмьежский, согласно кивало головами, во всём соглашаясь с говорившими.
Слово взял самый молодой, Ансельм из Аосты:
– Несчастья учат нас смирению, само Святое Евангелие учит нас смирению, проповедует мир, но, в нём также сказано – Не мир принёс я вам, но меч! Мы все видели, как Гарольд клялся на Святых Мощах и целовал крест! И как мы теперь должны поступить с ним, с ним, отступившим от клятвы, которую давал он именем самого Господа Бога нашего?!
Папа Александр II отлучил короля Гарольда от церкви, призвал герцога Нормандии идти в Англию, чтобы восстановить на её землях Божественную справедливость, и объявил этот поход Священной войной, передав в дар герцогу Нормандии освящённое в Риме знамя Святого Креста. (Тесные связи связывали нынешнего папу Александра II с Нормандией. В годы своей молодости он учился здесь в школе Бекского монастыря, и учителем его был знаменитый учённый-богослов Ланфранк).
Поддержка папы, репутация Вильгельма, как отличного воина и полководца, обеспечило приток в его армию и большого количества рыцарей из Франции, Фландрии, Лотарингии, и других государств.
По всей Нормандии, быстро и спешно готовились к войне, запасая припасы, готовя и подковывая лошадей, подгоняли доспехи, ковали и точили мечи, впрок запасались копьями и стрелами.
Уже девятнадцать лет Гаральд был королём Норвегии. Он был богат, у него были любящие и любимые им жёны. У него были дети-наследники, которым он мог оставить, завоёванный с таким трудом престол. Ему уже перевалило за пятьдесят, и казалось он, достигнув всего, чего желал, пресытился жизнью. Но появления в Нидаросе Тостига, всё изменило.
– Вспомни договор между Магнусом и Хардекнудом! Если кто из них, умрёт без наследников, то другой унаследует все его владения. И Магнус и Хардекнуд мертвы, наследников у них нет… А ведь Хардекнуд, сын Кнуда Великого, был королём Англии! И разве Англия по праву не твоя, Гаральд? Разве она не принадлежит тебе?
Речи Тостига воспламенили воинственную душу Гаральда.
– Власть моего брата слаба! По всей Англии, недовольство, бунты, мятежи и восстания! Им нужна твёрдая, суровая рука! Нортумбрия за меня, я знаю! Ведь я так много для них сделал! Свергнем Гарольда, и ты станешь королём Норвегии и Англии, а же, приму из твоих рук титул эрла Нортумбрии… Подумай Гаральд, мы навеки прославим свои имена, и о наших походах и деяниях, будут слагать саги и петь висы!
