Вернувшись в пещеру Мертворожденного, он съел небольшую порцию копченого мяса и лепешку, которые были ему оставлены, развел костерок у входа в пещеру, лег на матрас и заснул. Ему приснился черный червь, живущий у него в плече, прогрызающий себе дорогу сквозь его тело.
На следующее утро Мертворожденный разбудил его еще в темень до рассвета.
- Снаружи ждет Адди, - сказал он, протягивая ему чашку воды.
Райфу потребовалось время, чтобы понять его сообщение. Он чуть не поперхнулся.
- Нет.
Мертворожденный был к этому готов.
- Тогда скажи ему сам. Он устроился тут пять часов назад. Что я говорю -- не слушает. Может, тебя послушает?
Актер из Увечного получился плохой, подумал Райф, потому что все время, пока Мертворожденный говорил, он ни разу не посмотрел Райфу в глаза. Это заставило освежить в памяти перемены в Арголе.
- Я тут ни при чем, - продолжал Мертворожденный, вынужденный прервать молчание. - Просто проговорился, когда ты уходишь. Ничего не подсказывал.
Райф поднялся и вышел на уступ. Он заметил, что у грудь Йелмы теперь обозначили два железных котелка.
- Ты не можешь пойти со мной, - он заявил это Адди раньше, чем горец успел вставить хоть одно слово. - Ты немолод, и будешь меня тормозить.
Адди Ган сидел на складном стуле спиной к огню и входу в пещеру, и не попытался повернуться при появлении Райфа.
- Необычное путешествие на восток, - произнес он, глядя сквозь темноту Рва. - Заразился желанием увидеть деревья -- настоящие, а не эти прутики тоньщиной со струйку мочи. Мне скоро уходить. Представь, когда это случится, никто не попытается остановить меня, это свободный мир и вообще человек волен идти, куда захочет.
Райф дышал тихо и глубоко. Ему пришло в голову, что все, что нужно сделать, чтобы узнать решимость человека -- это взглянуть на его затылок.
- Адди, я не знаю, куда я иду. Как я могу позволить кому-то сопровождать меня, когда я сам не знаю опасностей или сколько времени я буду идти? Траггис Крот получил смертельный удар, чтобы спасти мою жизнь. На моих плечах грузом висит его смерть. Не ставь меня в положение, когда возможна еще и твоя.
Горец продолжал смотреть вперед. Время шло. Пламя потрескивало и шипело, когда пропитанные смолой ивовые сучья попадали в огонь. Адди Ган в конечном счете встал и повернулся к Райфу лицом.
- Я слышу тебя, парень, - сказал он, - но тебе не приходило в голову, что кто-то может думать то же самое насчет тебя самого? Братья Рва не хотели бы нести груз твоей смерти.
Райф склонил голову, опечаленный и пораженный. Он нуждался в этом, хоть этого и не осознавал -- чтобы кто-то разделил с ним его клятву.
- Мы пойдем налегке, без пони.
Адди понимающе кивнул:
- Я так и думал.
Трудно было поверить, что этот разговор проходил менее полусуток назад. Казалось, что он уже относится к прошлому, к городу, который остался позади. Оглянись на запад, и его уже не видно. Даже дыма от тростниковых костров.
Адди, прокладывая путь, использовал время наилучшим образом. Он чуял дорогу среди скал как горный козел. Райфу оставалось только идти следом, радуясь, что на какое-то время он решал только куда поставить ногу. Они поднимались, небо становилось все синее, а воздух слегка изменялся. Ров под ними выглядел затененным желобом, более узким, чем около города Увечных.
Обсуждение того, использовать или нет тайный мост для перехода на земли кланов, было коротким. Райф был против, и горец с его выбором согласился.
- Это добавит пару дней к путешествию, - сказал он Райфу, так что недопонимания не было. - Тропа на севере скалистая, и нам придется оставить ее позади. На третий или четвертый день она начнет выравниваться.
Для Райфа это была та цена, которую стоило платить. Он предпочитал ходить по земле, которую кланы своей не считали.
Адди был немногословен, так что подъем проходил в тишине. Иногда горец насвистывал несколько нот какой-нибудь старой пастушьей песни, а в другие разы выдергивал из снега головки высохшей травы и жевал их. Он шел обычным неспешным шагом, и на Райфа не оглядывался. Он только очень часто останавливался проверить своей палкой глубину снега.
Даже не смотря на то, что начало темнеть, они продвигались хорошо, и преодолели ступенчатую, изрезанную трещинами скалу как раз тогда, когда начал подниматься туман. Райф вздрогнул, под тюленьей шкурой пот студил ему тело. В продолжение последней четверти часа они двигались на северо-восток от Рва, и когда передохнули на вершине скалы, он обернулся и увидел, что расщелина в земле заполнилась облаками.
- Быстро идет, - заметил Адди, проследив его взгляд, - долго шагать мы не сможем.
После него ведущим стал Райф. Останавливаться он не хотел. Пока его разум был занят ходьбой, ему не нужно было вспоминать предсмертный взгляд Траггиса Крота.
"Поклянись в этом".
