Райф не видел и не чуял дыма, но в словах Адди он не сомневался. Ожидая указаний, горец замедлил шаги. На его бровях от дыхания осел иней, застыл на невидимых ранее волосках, выкрасив их белым.
- Самое время выменять немного чая.
Удивленный этим, Райф решил разобраться с мыслями. Он полагал, что Адди чувствует то же, что и он, и намерен избегать встреч с чужаками. Тем не менее, без бесед с людьми разве хоть что-нибудь узнаешь? Не подталкивал ли Адди его мягко дальше, вперед, заставляя держать клятву? Райф медленно выдохнул. Может, Адди просто хотел чая.
- Если это бладдийцы, мы не можем останавливаться.
Теперь пришлось удивляться Адди. Горец призадумался, нахмурившись так сильно, что с бровей посыпался иней. Должно быть, он хотел знать причину райфовой осторожности.
- Это было бы сложно, - наконец признался он. - Я распознаю следы зверей, а не дым. Что один людской костер, что другой - пахнут для меня одинаково. К тому времени, когда мы подойдем достаточно близко, чтобы видеть, кто там, может стать слишком поздно.
Райф, благодарный за отсутствие вопросов, кивнул. Он не мог объяснить Адди, что произошло на дороге Бладда, и как он оказался проклят за это и в Черном Граде, и в Бладде. Проклят в Черном Граде за побег с поля боя. Проклят в Бладде за убийство внуков Собачьего Вождя.
- Если это кланники, не называй мое имя.
Иней продолжал сыпаться с аддиных бровей.
- Было бы проще повернуть к северу.
Райф усмехнулся, как безумный.
- Давай сходим за чаем.
По тропе недавно прошел олень-- на снегу лежал помет -- и пока они двигались на восток, Райф отвлекся на охоту за крупной добычей. В какой-то момент он заметил движение по самому дну Рва молодого самца оленя, пасущегося на камнеломке, но решил не стрелять. На разделку большого животного ушло бы порядочно времени. Кроме того, он не хотел больше крови.
Он как раз почувствовал запах дыма.
Пусть это будут не кланники.
Палатки располагались к северу от Рва. Их было две, установленных тандемом, торцом к торцу. Палатки были покрыты шкурами белого зубра под цвет снега. Райф узнал их внешний вид, место уплотнения материала по линии крыши и придавленный камнями низ, чтобы предотвратить сквозняки. Будь осторожен в своих желаниях, упрекнул он себя. Это не было палатками кланников. Это принадлежало суллам.
Стоянка располагалась на уступе, нависшем над ущельем, и Райф понял, что опорные шесты палатки должны быть вбиты в скалу. Кустарник сзади палаток был вырублен на расстоянии двадцати футов. Загон для лошадей, возведенный из лосиных костей, вмещал, по меньшей мере, одну лошадь, и Райф видел ее прекрасно вылепленную голову, высунувшуюся поверх ветрозащитной стены. Когда они с Адди подошли ближе, в небе высоко над ними раздался крик. Над ними прошел кругом глянцевый серый кречет, взмахнул крыльями, и затем снизился к палаткам. Два кожаных ремешка с подвешенными серебряными дисками закачались под его ногами. Путы.
- Я предупреждал тебя, что с того момента, как придем, уходить будет уже поздно, - заметил Адди. Райфу в его голосе послышались нотки страха.
Когда они пришли на уступ, одна из створок палатки открылась, и вышел мужчина в одежде из рысьего меха. На мгновение Райф решил, что это мог быть Землепроходец Арк Жилорез, и его сердце екнуло. Аш. Здесь. Но затем голова человека развернулась вверх, выявив другой рисунок скул и черт лица, и Райф почувствовал себя дураком из-за того, что позволил себе эту надежду.
Сулльский воин прошел в центр уступа и ждал. Он был высоким и поджарым, с длинной шеей, длинноруким и длинноногим. Его скулы казались ограненными подобно алмазам, а кожа была цвета ртути. Меча он не достал. Он в нем не нуждался. Солидная двухфутовая рукоять, поднимавшаяся над его правым плечом, предупреждала вполне убедительно. Он наблюдал за Райфом невозмутимыми серыми глазами, едва удостоив взглядом горца.
Подойдя достаточно близко, чтобы различить на шее человека шрамы от кровопускания, Райф произнес:
- Таро а'забо, - Приветствую, мой друг.
У Адди Гана приоткрылся рот. Сулльский воин прищурился так сильно, что его глаза могли бы принадлежать волку.
- Таро, ксанани, - ответил он. - Приветствую, странник.
Двое пристально смотрели друг на друга. Райф смутно представлял запущенность своей одежды и оружия, смазку на носу и ушах, слой мягкой ткани на кончике своих ножен, сыромятные ремешки, стянувшие сзади его волосы. Но взгляд воина едва остановился на них. Он посмотрел только на три вещи: орлийский плащ, сулльский лук и глаза Райфа.
- Хакси'ма, - наконец сказал он.
Услышав это слово, Райф помрачнел. Кланник. Возможно, в другой жизни он будет им еще раз.
Он помотал головой.
- Нидж, - сказал он, исчерпав свой запас сулльских слов. - Мы Братья Рва.
Переход на Всеобщий заставил сулльского воина почувствовать себя непринужденнее, словно это уменьшило угрозу, а он ослабил эту тяжесть, позволив пяткам опуститься на скалу.
- Я Адди Ган, - сказал Адди, встав рядом с Райфом. - А это мой друг Олений Охотник. Я желаю тебе отличного дня и надеюсь, что мы сможем устроить небольшой обмен.
