Гай отошел подальше и отыскал место, где было меньше колючек. Раскинувшись на спине, он стал смотреть в небо. Солнце еще не зашло, но в безоблачном небе над ними уже плыл месяц – четко выделявшийся бело-матовый тонкий серп, будто нанесенный легкими мазками на ободке затененного диска. До слуха Гай донеслись какие-то звуки, поблизости кто-то задвигался, но в тот же момент он уснул крепким сном.
Когда Гай пробудился, месяц поднялся высоко к звездам, Фидо, громко сопя, теребил Гая:
– Послушай, который час?
– Ради бога, Фидо, неужели у вас нет часов?
– Должно быть, я забыл завести их.
– Половина десятого.
– Только-то! Я думал, значительно больше.
– Как видите, нет. Вы не возражаете, если я снова засну?
– Людович удрал вместе с грузовиком.
– А зачем же нужно было будить меня?
– Больше того – он забрал с собой моего денщика.
Гай снова уснул, но проспал, как ему показалось, недолго. Проснулся оттого, что его опять теребил Фидо.
– Послушай, Гай, который час?
– Но разве вы не завели свои часы, когда спросили меня прошлый раз?
– Наверное, нет. Видимо, почему-то забыл. Они тикают, но показывают семь тридцать.
– Сейчас четверть одиннадцатого.
– Людович еще не вернулся.
Гай перевернулся на другой бок и снова заснул, но спал теперь более чутко. Он то и дело просыпался и ворочался. Время от времени с дороги до его слуха доносился шум проезжавших грузовиков. Несколько позднее где-то поблизости раздались звуки ружейной стрельбы, после которой заглох шум работавшего двигателя мотоцикла. Затем послышался громкий, возбужденный разговор. Гай взглянул на часы – ровно полночь. Ему еще хотелось спать, но рядом с ним стоял Фидо и громко кричал:
– Штабу бригады построиться на дороге! Пошевеливайся!
– Ради бога, что произошло? – спросил Гай.
– Не отвлекай меня вопросами. Поторапливайся!
Штаб оперативной группы Хука состоял теперь из восьми человек. Фидо осмотрел их при свете звезд.
– Где все остальные?
– Уехали со старшиной, сэр.
– Больше мы их не увидим, – с горечью произнес Фидо. – Вперед!
Но отправились они не вперед, а назад, в долгий обратный путь. Впереди, не замечая ухабов на дороге, энергично шагал Фидо. Сначала Гай был слишком ошеломлен, чтобы думать о чем-либо другом, кроме необходимости поспевать за Фидо. Позднее, пройдя около мили, он попытался заговорить:
– Что же все-таки произошло?
– Противник. Вокруг нас противник. Подходит к дороге с обоих флангов.
– Почему вы так думаете?
– Командос ведут бой. В долине.
Гай не стал больше задавать никаких вопросов. Ему едва хватало сил поспевать за Фидо. Сон не освежил его. За последние двадцать четыре часа все они измотались и ослабли, а он был на десять лет старше большинства других. Устремив взгляд прямо вперед, в изменчиво мерцающие звезды, Фидо мобилизовал на марш все свои силы. Молодая луна зашла. Они шли медленнее, чем идут походным маршем, но быстрее всех, кто в эту ночь шагал по дороге. Они обгоняли призрачные, как тени, медленно ковылявшие пары и сохранившие некое подобие строя подразделения, еле тащившиеся все в том же паническом отходе; они оставляли позади себя и крестьян, шедших, ведя на поводу ослов. После приблизительно часового марша Гай спросил:
– Фидо, где мы собираемся остановиться?
– Не здесь. До наступления рассвета мы должны уйти как можно дальше.
Они шли через безлюдную деревню.
– Не остановиться ли нам здесь?
– Нет. Заманчивая для противника цель. Надо торопиться.
Солдаты начали отставать.
– Надо передохнуть хоть десять минут, – снова предложил Гай. – Пусть солдаты догонят нас.
– Только не здесь. Никакого укрытия.
– Дорога в этом месте вилась вокруг холма, по обеим ее сторонам было много крутых склонов.
– Если мы остановимся, то уже не выберемся отсюда затемно, – добавил Фидо.
– В какой-то мере вы правы, Фидо, но стоит ли так волноваться?
Однако Фидо считал, что стоит. Он вел их все дальше и дальше. Тащась все медленнее, напрягая последние силы, они оставили за собой еще одну покинутую жителями деревню; по сторонам дороги появились деревья, а за ними – признаки открытой местности. Было около четырех часов.
– Ради бога, Фидо, давайте остановимся здесь.
– У нас впереди еще целый час темного времени. Мы должны идти, пока можем.
– Я больше не могу. Я со своим отделением остановлюсь здесь.
Фидо не протестовал. Он резко свернул с дороги и уселся под какими-то деревьями, видимо фруктовыми. Гай ждал на дороге, пока не подошли один за другим отставшие солдаты.
– Мы развернем штаб здесь, – сказал Фидо неожиданно.
Гай улегся и уснул неспокойным сном.