К общему изумлению, его клешнеобразная рука вытянулась в сторону ошеломленного Флика. Очевидно, существо не знало, что Флик не имеет никакого отношения к потомкам Короля, а Шеа они потеряли в Зубах Дракона. Какой-то миг в комнате стояла тишина. В яме под их ногами ревело пламя, внезапно выбрасывая волны раскаленного воздуха, опаляя своим дыханием открытые лица смертных. Клешни черного призрака потянулись вперед.
— А теперь, глупцы, — прохрипел полный ненависти голос, — вас постигнет та смерть, которой заслужил весь ваш род!
Когда шипение последних слов черного существа растаяло в освещенном пламенем воздухе, все произошло словно одновременно. Отчаянно взмахнув длинной рукой, Алланон приказал всем бежать к открытой лестнице, ведущей в главный зал Крепости Друидов. В голосе его прозвучало что-то такое, отчего все они, не медля ни секунды, бросились выполнять его приказ. В бешеном порыве шестеро спутников стремительно метнулись назад, к винтовой лестнице, а Носитель Черепа в тот же момент бросился на Алланона. Глухой удар от столкновения двух могучих тел слышали даже убегающие, уже начавшие подниматься по лестнице — все, кроме одного. Флик по-прежнему медлил, разрываемый стремлением бежать, но словно зачарованный титанической борьбой двух могучих противников, схватившихся в поединке в считанных дюймах от ревущего пламени громадной открытой печи. Он стоял у подножия лестницы, слыша, как затихают шаги его спутников, поднимающихся к верхнему залу. В следующий миг шаги смолкли, и он остался единственным свидетелем невообразимой схватки друида с Носителем Черепа.
Фигуры в черных одеждах неподвижно стояли на краю огненной пропасти, словно статуи, застыв на месте в чудовищном напряжении битвы; их темные лица разделяло лишь несколько дюймов, руки друида крепко стискивали смертоносные клешни существа из мира духов. Носитель Черепа стремился дотянуться своими бритвенно-острыми клешнями до открытого горла мистика, надеясь разорвать его и быстро закончить битву. От напряжения его черные крылья приподнялись, яростно хлопая по воздуху, чтобы усилить нажим на противника; громкий резкий хрип его дыхания рассекал раскаленный воздух. Затем существо из земель Севера резко выбросило вперед свою длинную ногу, и друид пошатнулся и навзничь рухнул на каменный пол у самого края пропасти. Подобно молнии чудовище бросилось на него, замахиваясь когтистой лапой для смертельного удара. Но его жертва проворно откатилась вбок, избегнув смертоносных когтей и вырвавшись из его хватки. Однако Флик заметил, что удар все же пришелся мистику в плечо, и расслышал отчетливый треск материи — пролилась первая кровь. У Флика вырвался испуганный вскрик, но в следующий миг друид уже стоял на ногах, словно и не получил ранения. Из вытянутых пальцев его рук выстрелили сдвоенные голубые молнии, с сокрушительной силой ударив в поднимающегося на ноги Носителя Черепа, отшвырнув разъяренное существо к самому ограждению. Но хотя молнии мистика и остановили змея во время битвы в Зале Королей, существо из земель Севера замерло лишь на несколько кратких мгновений. С яростным ревом оно бросилось в новую атаку. Из его пылающих глаз вылетели ослепительные красные лучи. Алланон одним мгновенным движением взмахнул полой своего плаща, и молнии отклонились от цели и ударили в каменную стену комнаты. Какой-то миг существо медлило, и двое противников медленно кружили, подобно лесным хищникам, сошедшимся в смертельном поединке, из которого живым мог выйти только один.
Флик впервые заметил, что жара в помещении усиливается. С приближением рассвета просыпающемуся замку требовалось больше тепла, и смотрители включили механизм, управляющий печными заслонками. Не зная о протекающем на узкой галерее поединке, они запустили простаивавшие всю ночь меха, раздувая пламя до такой силы, чтобы горячий воздух дошел до всех помещений в Крепости Друидов. Теперь отдельные языки пламени уже плясали над краем ямы, и температура в комнате медленно росла. По лицу Флика начали стекать ручейки пота, впитываясь в его теплую охотничью одежду. Но он все еще не уходил. Он чувствовал, что если Алланон будет побежден, то все они обречены, и решительно намеревался выяснить исход этой схватки. Если погибнет человек, который привел на это последнее поле боя, то Меч Шаннары им уже ничем не поможет. С выражением благоговейного ужаса на лице Флик Омсфорд наблюдал за поединком, который мог решить судьбу всех рас и земель, поединком двоих практически непобедимых противников, союзника смертных людей и служителя Повелителя Духов.
