Не дожидаясь ответных действий толпы, Балинор развернулся и зашагал по мосту к дворцовым воротам; братья-эльфы последовали за ним. Вслед им снова поднялся шум людских голосов, но толпа не двинулась вслед за ними, хотя многим и хотелось бы этого. Послушные его воле, они медленно повернули назад; некоторые из них еще дерзко выкрикивали его имя в сторону безмолвного, темного замка, но большинство бормотало мрачные пророчества о том, что ждет принца и двоих его друзей за стенами имперского дворца. Вскоре собравшиеся потеряли троих путников из вида, ибо те быстрым и решительным шагом двинулись вниз по высокой арке моста. Через несколько минут они подошли к высоким, окованным железом воротам дворца Буканнахов. Без промедления Балинор протянул руку к огромному железному кольцу, вделанному в дерево, и с грохотом обрушил его на запертые створки ворот. Некоторое время длилась тишина, и они стояли перед воротами в полумраке, прислушиваясь к молчанию со смесью гнева и дурных предчувствий. Затем изнутри раздался низкий голос, потребовавший, чтобы они назвали себя. Балинор произнес свое имя и резко приказал страже немедленно открыть ворота. Тут же тяжелые засовы отодвинулись, и створки ворот распахнулись внутрь, открывая путь троим спутникам. Балинор вошел в сад, разбитый во внутреннем дворе, не оглядываясь на безмолвных стражников; его взгляд остановился на украшенном колоннами величественном строении, высящемся впереди. В его высоких окнах свет горел только в левом крыле на первом этаже. Дарин жестом велел Даэлю проходить вперед, пользуясь возможностью всмотреться в окружающие тени, в которых он вскоре обнаружил дюжину хорошо вооруженных стражников, стоящих совсем рядом с ними. У каждого на тунике виднелась эмблема сокола.
Наблюдательный эльф понял, что они шагают прямо в ловушку, о чем он размышлял, еще только входя в город. Первым его порывом было остановить Балинора и предупредить его о том, что он видел. Но интуиция подсказала ему, что принц был слишком опытным воином, чтобы не понять, с чем он сейчас имеет дело. Дарину вновь захотелось, чтобы его брат остался перед дворцовыми стенами, но пути назад уже не было. По садовой аллее они приближались к парадным дверям дворца. Перед ними не стояло стражи, и от торопливого толчка Балинора они мягко распахнулись. Залы древнего замка заливал яркий свет факелов, пламя освещало великолепие цветных фресок и картин, украшавших стены фамильного замка Буканнахов. Деревянные панели, покрытые древней узорной резьбой, были тщательно отполированы и частично скрывались за тонкими гобеленами и металлическими пластинами с фамильными гербами многих поколений прославленных правителей этих земель. Шагая по этим безмолвным залам вслед за высоким принцем, братья-эльфы невольно вспоминали похожее место, где они недавно побывали — древнюю крепость Паранор. Там их среди пышности и великолепия минувшей эпохи тоже подстерегала ловушка.
Они свернули налево, в другой зал. Балинор все еще шел на несколько шагов впереди, и его крупная фигура заполняла широкий проход, а длинный охотничий плащ развевался за спиной в такт его шагам. На миг он напомнил Дарину Алланона, громадный, разъяренный, смертельно опасный, шагающий по-кошачьи мягко. Дарин тревожно взглянул на Даэля, но его юный брат словно ничего не замечал; лицо его раскраснелось от волнения. Дарин коснулся рукояти своего кинжала, и холод металла в горячей ладони придал ему уверенности. Если они и попадутся в ловушку, без боя их не возьмут.
Затем Балинор внезапно остановился перед открытым дверным проемом. Братья-эльфы торопливо встали рядом с ним, заглядывая через его плечо в светлую комнату, лежащую за дверью. У дальней стены изящно обставленных покоев стоял человек — крупный, светловолосый и бородатый; его мощную фигуру скрывала длинная мантия с эмблемой сокола. Он был несколькими годами моложе Балинора, но держался столь же прямо, рассеянно заложив руки за спину. Эльфы поняли, что перед ними Паланс Буканнах. Балинор без единого слова сделал несколько шагов вперед и вошел в покои; взгляд его был прикован к лицу брата. Эльфы, настороженно оглядываясь, последовали за принцем. Вокруг было слишком много дверей, слишком много тяжелых занавесей, за которыми могли скрываться вооруженные охранники. В следующий миг они оба краем глаза заметили в зале за своей спиной легкое движение. Даэль чуть повернулся, встав лицом к открытому дверному проему. Дарин на шаг отступил от них, обнажив длинный охотничий нож; его стройное тело слегка пригнулось, словно перед прыжком.
