Хмурые воины в форме Гвардии Риндола встретили нас кивками. Они без лишних вопросов скрутили и связали Тарфа. Логично. А также скрутили и связали меня. Не логично. Совсем не логично. Я бы даже, сказал совершенно тупо и по дикости.
Пришёл Пан Станислав. О чём-то пообщался с Тарфом на Алирском. Потом сказал "Фораим атан Ара" и ушёл. Потом пришёл Архимаг. О чём-то уже стал втирать мне. Потом кивнул, чтобы меня освободили и ушёл. Его реплики были ещё более непонятны, чем разговор Пана Станийслава на Алирском. Из слов старика я только и понял, что Стены защищали не весь Риндол, а только сами горы. Предгорья между хребтом и болотами стерегли только ляхи. Там то видимо и прорывалось чёрное воинство, пока им в зад хохлы не ударили. К полудню пришёл Микула. О чём-то долго втирал стражникам. При этом постоянно поминал "эльфийские задницы" и тот факт, что его полномочия делегированы всеми Тремя. Что то были за Трое — не уточнял. Мне было и так понятно. А вот стражникам — не очень. Наконец-то они развязали Тарфа и ушли. Микула обнял эльфа и взъерошил мне волосы.
— Так. Нет времени лясы точить. У нас куча раненых. Лекарей на всех не хватает. Мне Клава сказала, что ты АнСар, знаешь толк в лечении. Так что давайте оба за мной.
Он вывел нас из Крепости Врат и повёл по Великой Риндольской Стене на юг. Вид открывался неописуемый. У нас не было времени им толком любоваться. А любоваться было чем. Громадная Стена шла по гребню хребта. На вершинах гор и на впадинах и перевалах стояли башни и крепости. Стена была значительно уже, чем аналогичная Великая Китайская Стена во Вавилоне. Там у нас могут разъехаться минимум три повозки и тянется она на тысячи миль через пол континента. Хотите верьте, хотите нет. Это Чистая Правда. Это одно из Чудес нашего Мира. У здешнего Риндола Стена была значительно скромнее. Она тянулась на миль двести или триста от силы, от моря и почти до самых болот. Всё же Поющая Долина была меньше по размерам, чем Самое Великое из Государств Вавилона. Раз в двадцать. И как я уже сказал, тут еле одна повозка могла проехать.
Тарф же не переставал охать и ахать, восторгаясь трудом строителей. Это только на меня оно впечатления не производило, хотя я и не разу не был на Великой Вавилонской Стене. Или Китайской точнее. Именно.
Микула ввёл меня в курс того, что же успело произойти, пока я летал и гнался себе за смертью.
Архимаг толком не успел собрать гвардию. Даже тех крох, что успели прийти к утру на зов, их было ничтожно мало, чтобы перекрыть столь обширную территорию. Ничего удивительного, что чёрное воинство быстро заняло все предгорья. При этом всадники пегасов прижали орляшок с ляхами. Если б хохлы не подоспели, так бы Риндолу и вышел белый пушистый Зверь. Песец себто.
— Раненые среди русичей? — спросил я.
Микула хохотнул.
— Та что им станется, чёртовым сынам! — он только замотал головой. — Эльфы чуть не в капусту порубить успели тех несчастных ополченцев, что эта сволочь собрала. Плюс мы на плечах из Ферстины много раненых несли. Так что работы хватит.
Мы дошли до громадной цитадели, в которую упиралась Великая Риндольская Стена.
— Фаеркип, — кивнул Микула. — Бастион Ляхов.
Вид и правда впечатлял.
— А почему вы…
— Не продолжили Стену до самых болот? — хмыкнул богатырь. — А толку, если всё равно по болоту обойти можно?
Тут спорить было трудно.
— Кто-то говорил, что эльфы в болото соваться боятся.
Бородач хохотнул.
— Так ужасный монстр в самом болоте живёт, про окрестности никогда речь не шла!
В бастионе не было свободного места. Весь простор в нём был занят ранеными. Офицеры лежали в башнях и на лестницах. Солдаты лежали во дворе внутри стен. Даже если бы Квалисимус телепортировал всех целителей Агьегарда, это ничего бы не дало. Военные медики еле справлялись даже с одним раненым. Они шептали мантру стихий даже не задумываясь, лечит ли она или нет. Они даже боялись ощутить, чем на самом деле болело у того или иного солдата. И даже с такой… с таким отношением… даже так их хватало максимум на десять-девять несчастных. Потому я не стал спрашивать, кого они лечили, а кого нет.
— Парень, не трать себя зря. — напутствовал Микула. — Кто кричит — сам выживет. Ты этих….
Я кивнул. Мы пошли к тем, кто был в самом плачевном состоянии. Как назло, такие были в самом центре. Пока мы шли, нам постоянно цеплялись в ноги и молили о помощи.
— Раз кричит, сам себе Стихи пусть читает! — отрезал Микула.
К самым тяжело раненым боялись подходить даже военные медики. И…
Честно скажу. Из меня — паршивый медик. При виде чьей-то боли или крови я тут же теряю ощущение реальности и падаю в обморок. А сейчас если у меня и была какая-то реальность, она улетучилась без следа. Я ничего не могу сделать со своей эмпатией. Даже если закрою глаза, я всё равно буду Чуять их, ощущение это будет будто моим собственным. И…
