Пегас нас высадил на самую большую площадь. А такая была — только Недельная на правом берегу. Потому мы пошли по Водяному Мосту. На Ветряный идти было страшно. А Водный как раз в период засухи был более или менее нормален. Мне так показалось по крайней мере. Ибо….
Что же я быстро понял свою ошибку… ЭТА! ДРЯНАЯ СВОЛОЧЬ — ТОНУЛА!!!
Именно. Сначала ноги тонули на нём по щиколотку. Ближе к середине — уже по колено. На самом центре, вообще то выныривал, то тонул по пояс. Ничего удивительного, что мы все трое вылезли из него промокшими. При этом нас постоянно сносило течением. Хорошо перила у него были высокие.
— В следующий раз буду ходить только по Земляному Мосту! — пообещал я.
Микула с эльфом прыснули.
— АнСар! Ты ещё на нём не был?
Я замотал головой.
— Ничего страшного, мы тебе потом покажем!
Что-то в его голосе мне не понравилось.
— Вы о чём?
Микула кахыкнул.
— Парень, ты уверен, что там лучше?
Я вздохнул. Мы пошли в сторону холма Архимага. Там был дом Микулы. Со стариком Селезнем мне беседовать совершенно не хотелось.
— А что такое в том мосту, что у вас был вид, будто он страшнее всех троих вместе взятых?
Богатырь вздохнул ещё глубже.
— Парень, просто этот Селезень все четыре моста построил, чтобы Бедных от Богатых отделить. По ним никто и не должен ходить.
— В плане?
— Пойми. Это — просто иллюстрация, чтобы каждый, все вместе друг с другом одним делом занимался. И при всём при этом, чтобы каждый своим.
— Это я как раз понял.
— Да ничего ты не понял!
— Поясни!
— До того, как Селезень свою идею предложил про Четыре Стихийных Моста… мост должен был быть один. И это должен был быть Всем Мостам Мост! А потом вышло то, что вышло. Камень весь земляки забрали. Железо почти всё воздушникам пошло. И только Огоньки с Водниками выкручивались как могли. Водники просто баржи подогнали и настил там сделали. А огоньки весь цирк на лом перевели, да дорогу деревянную сделали. В итоге они в первый же день его и спалили.
— Выходит…. Все Стихии оказались нескомпенсированны?
— Так точно, парень. И потому, не упоминай при мне Нижний Мост. В отличие от некоторых, я — позавтракал.
Вид у него и правда был не очень.
Во дворе у Микулы мы застали Прасковью, которая потчевала разной снедью Яросвета.
— Эй! Парень! Тебе конечно Привет! Но какого чёрта ты сюда пришёл, а не на стенах? — нахмурился богатырь.
Ясик только засмеялся.
— Мы как раз закончили ставить кострища. Так что стоит остроухим или их дружкам сунуться, мы тут же тут как тут будем.
Микула всё равно имел недоумённый вид.
— Как?
Яросвет высокомерно закатил глаза. Видимо то была его идея.
— Просто они поставили через лигу от самой цитадели до самих болот по костру вместе с дозором, — пояснил я.
Моё отражение хохотнуло.
— Не только, Олег… Мы и по краям болота дозоры поставили. Так на всякий случай, — он снова принялся за снедь, которую перед ним понаставила Прося.
Стоп! Я что хуже! Я ж сам не наедаюсь от того, что он ест! Пусть мы и связанны между собой.
— Эй! Охламоны! Нечего меня объедать! Тем более что я теперь без роботы у Селезня!
Мы только рассмеялись.
— Считай, что ты на работе у меня, — заявил Яросвет. — И считай, что хохлы — оккупировали Риндол!
— И сейчас — мародёрствуют! — поддакнул я.
Мы заржали в один голос. Потом снова принялись за еду. Тарфельд тоже засмеялся. Микула же сделал форамист. Эпический форамист.
— Одного такого мне было мало, Боги мне двух скинули! За что! — взревел бородач.
Он сложил руки у груди будто молился.
— А вот за то! — рявкнула Прося. — Именно за то!
Богатырь богатырски вздохнул.
— Как только встречу, обязательно попрошу прощения! Прости меня!
— Обязательно встретишь! — кивнула Прося. — Вот именно когда Встретишь…. Встретишь Воеводу, обязательно попроси у него прощения!
Мы все засмеялись вместе с Просей.
— Э-э-э… — начал было Яросвет, но Тарф его опередил.
— Чистокровный Риндолец приставал до Квандросийки? — охнул он.
Прося замотала головой.
— То он просто над этим увальнем издевался. Кто ж тогда мог знать, что эта дурная башка всё всерьёз воспримет!
Богатырь как взревёт…
— Эй! Женщина! Я ни у кого прощения просить не собираюсь! Он — Сам Виноват!
Жена лишь подсунула ему кулак под нос. Который затем скрутила в дулю.
— Ха-ха! Я думал он всегда таким идиотом был, — снова засмеялся Тарф.
— А он и был, — кивнула Прося. — Иначе бы на рожон не лез!
— Сарансар, — кивнул эльф.
Микула тем временем повернулся к нам двоим. Вид у него был грозный.
— Так! Вы Двое! Чем раньше мы будем у Селезня, тем меньше глупостей он успеет натворить!
Мы покачали головами. В разные стороны.
— Нет, — твёрдо сказал Яросвет. При чём таким тоном, когда "Нет" — значит "Нет". А не просто "нет, когда-то потом".
— Почему это "нет", а?
Брат только вздохнул.
— Как минимум до тех пор, пока ты не закуёшь в кандалы это отродье огненных глубин и не посадишь его в самую глубокую темницу с недремлющей стражей!
Я вздохнул.
— Цвет, он меня спас…
— Микулу он тоже спасал. А что вышло?
— Ты ж не думаешь, что он всё подстроил!
— Ты ещё сомневаешься!
Тарф раздвинул руки в стороны, призывая меня и Микулу не вмешиваться.
Он ступил шаг вперёд.
