— Неужели ты думаешь, что кто-то в здравом уме будет нести поклажу вместо своих палачей? — фыркнул Тарф. — Пленник наоборот должен быть доставлен по месту в целостности и сохранности!
— К тому же, — поддержал Микула, — о каком уставании меньше стражей идёт речь? Пленника кто-то кормить собирался?
Богатырь расхохотался. Тарфельд наоборот скис.
— Ладно, понятно всё с вами, — сказал я. — Предлагаю нам продолжить путь. Кстати, мы не будем пробовать запутывать следы, если кто-то будет нас преследовать?
Микула фыркнул.
— Во-первых, у Ярика — Чутьё. Если захочет, даже без собак нас выследит. Во-вторых, кое-кто обещал постараться, чтобы он нас хотя бы ближайшую неделю даже и не думал преследовать.
По опыту я знал, что неделя у Таи при упоминании Яросвета, мифическим образом является от силы днём в Реальности. Но своим спутникам я этого не сказал. До полудня мы шли молча. Затем мы сделали привал у ручья.
— Микул, а почему ты называешь Тарфельда Алистаром и почему это ему так не нравится? — спросил я, когда мы сняли рюкзаки.
— Просто его так назвали родители. В честь его деда. Да, того самого. А почему он решил сменить это имя и почему оно ему так не нравится, лучше спроси у него.
Я вопросительно глянул на эльфа.
— Я не хочу иметь ничего общего ни с этим старикашкой, ни с моим разлюбезным припразлюбезным папашей. У меня нет с ними ничего общего. То, как называла меня Мать, всегда останется только между нами. И… Нет… Только между Ею и мной. Отказавшись от своего имени, я как бы продемонстрировал своему братцу, что отказываюсь от претензий на трон. Шишкам в Скрытой Обители это конечно пришлось не по нраву, но я их смог убедить, что это не более, чем политический трюк, чтобы меня меньше искали. Искать конечно меньше не стали, так как всё равно хотят засадить в самую глубокую темницу, но дело не в том.
— Так откуда взялся Тарфельд?
— Мы с ним росли вместе. Он был стеснительным, мечтательным и романтичным. Короче, он бы тебе не понравился. Любил поэзию и музыку. Играл на лютне. Я же был ребёнком беспокойным. Что особенно доставало моего братца. Тарф всегда прятал меня, когда я устраивал очередную пакость. Ему это сходило с рук, пока наши Жрецы не подняли восстание против Короля. Я поддержал восстание. Они сделали меня символом, знаменем, ради которого должны были умирать наши воины. Даже сейчас не могу поверить, что я тогда был на столько глуп, что поддался на их авантюру! Нас на голову разбила фракция генералов, которые были за продолжение Войны. Тарф и тут меня спрятал. Но когда к нему пришёл мой братец, он ему в этот раз не поверил. С тех пор я взял это имя. Просто как символ… как знамя… как напоминание моему брату, что мне плевать на трон, но я, всё равно, рано или поздно приду и отомщу за моего лучшего друга!
— Понятно.
— Что понятно? — спросил Тарфельд. — Мне например многое совершенно не понятно. Начиная от того, как ты спасся из того пожара и кончая тем, как оказался в Убежище.
— По поводу пожара я первый хотел у тебя спросить. А про Убежище — сильно долгая история.
— Мы всё равно на привале и никуда не спешим. Да, Микул? — повернулся эльф.
Здоровяк молча кивнул. Он грыз травинку и наслаждался жизнью, слушая нас.
— Так как насчёт пожара?
— Ладно, — согласился я. — Я добежал до болота в котором Пламя сбивалось дымом.
Тарфельд глянул на меня как не дурака.
— АнСар! И ты не задохнулся? Воистину! Судьба благоволит АнСару!
— Ты то как?
— В отличие от некоторых, которые любят бегать вдоль пожара и выживать Только Чудом, я побежал в сторону от того направления, куда шёл ветер. Так можно выбраться из пожара или обнаружить одну из прорех в нём, где пламя сбивает само себя. Через такую прореху я и выбрался.
— Ясно.
— Потом я пошёл в Риндол. Нужно же было переговорить с Квалисимусом обо всём произошедшем. У меня было множество вопросов к нему. Я обогнул Убежище, так как не хотел недоразумений с местными, которые алиров очень не любят. Потом я захотел срезать путь через эту Чёртову Впадину. Что дальше было ты и сам понял. Микулу расспрашивать бесполезно, с ним и так всё понятно. Да и обычно он не сильно разговорчивый.
— Зато ты тарахтишь без умолку! — перебил его богатырь.
Эльф улыбнулся.
— Да, что есть, то есть. Так что, уважаемый АнСар, давай рассказывай.
Мне пришлось задуматься. Что бы такого им рассказать, чтобы было правдоподобно? Чтобы не задавали лишних вопросов? Мне вспомнились слова Весемира и опыт Таи. От лжи всегда только хуже. Если совру, у них появятся подозрения и повод для вопросов. Но никто же не заставляет меня говорить всё! Можно сказать только Часть Правды.
— Что ж… Раз уж у меня такие внимательные слушатели. Сначала я заскочил к друзьям. Мы должны были встретиться в одном трактире в городе.
— А в каком? Или секрет?
— Нет, но я просто не помню названия. Вроде… Ла…. Ла…
— Лажрон?
— Нет! Такого не слышал. Ах да! Что-то на Лип. Лип…
— Ха! Липреона? — хмыкнул Микула.
— Далеко ж на запад тебя занесло, — кивнул Тарф.
Я усмехнулся.
