Микула с Тарфельдом согнулись пополам от смеха.
— Ансар! — вскричал эльф. — Гуднот — величайший из мыслителей, которые жили во все времена! И его потомки — тоже одни из величайших мыслителей, философов, магов, командиров, дипломатов и политиков. Ты хоть представляешь, сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы попытаться сохранить мир в нашем Мире? А сколько усилий ему пришлось приложить, чтобы люди после нашествия Чёрного Дракона не потеряли Веру? Ты об этом подумал хоть раз? Нет! У тебя слишком Узкие Мысли! Но не будь Гуднота — не было бы нашего Мятежа. Не было бы Риндола! Даже вы, хохлы, первыми бы вломили себе головой с разбега о стену из-за Позора, что вам не удалось найти Честной Смерти в Бою! И теперь ты имеешь Наглость! Наглость так отзываться о Великом Гудноте! АнСар!
Теперь у меня точно отпала челюсть.
Гуднот! Величайший из всех людей, живших в этом Мире! Прости дурака! Ты, чьё тело, бренная пустая оболочка, чьи кости — навеки остались в Бездонной Тьме. Твоя Душа, уверен, соединилась с Вечностью! Она — бессмертна во Вселенной! Услышь меня! Прости Идиота! Теперь я никогда не буду мыслить столь узкими категориями! Моё мышление теперь никогда не будет шаблонным! Теперь, увидев две стороны одной медали, я буду тут же ставить Вопрос Ребром! Прежде чем о чём то сделать выводы, я всегда буду стараться узнать Общую Картину! Теперь я встретив любую тайну буду пытаться смотреть в Самую Глубокую Суть! Услышь меня! Прости Дурака! Твоё Последнее Послание только помогло мне в той Вечной Тьме! Оно помогло мне Собраться и не пасть Духом! Если бы ты той кровью написал вместо него слова поддержки, я бы точно остался навеки в той пещере! Оно вместо этого дало Силу, Надежду и Стойкость Выбраться! СПАСИБО ТЕБЕ! ГУДНОТ!
Когда ко мне вернулся дар речи, я прокричал все эти слова вслух, чтобы услышали окружающие горы. И чтобы мои друзья перестали на меня злиться.
Микула с Тарфельдом долго катались по земле от хохота.
— АнСар! Вот, АнСар! Ты не перестаёшь удивлять меня! — сквозь смех проговорил эльф, но прерывался на каждом слове, пытаясь сдержаться.
Отсмеявшись и вытерев слёзы они пошли умываться к ручью. Радостью они теперь зарядились на несколько дней. Тарфельд продолжал иногда хихикать не с того не с сего и корчиться в приступах хохота.
— Друг, так как ты узнал, что он не Отсюда? — спросил Микула обращаясь к эльфу.
Тот мигом успокоился.
— Я подозревал ещё как только увидел. Я встретил его в Чёрном Лесу возле Проклятого Города. Забраться в такую глушь могли только два сумасшедших в нашем Мире: я и Яросвет. Для Яросвета он был слишком коротковолосым, да и Взгляд тогда был без Огня. Поначалу я думал, что нашего любимого Ярика какое проклятье в тех руинах настигло. То, что Отражение Яросвета — такой же псих, что и Яросвет, что даже забрался в НАШУ Глушь, я тогда даже предположить не мог.
Они снова рассмеялись.
— Потом он убедил меня, что он просто сирота. А то, что он совсем немного похож на Ярика — так это просто они оба хохлы. А все хохлы для нас, мол, на одно лицо. А то, что он странный…. Ну, я решил, а мало ли в нашем Мире Сверхъестественного?
— Даже на обувь не обратил внимание? — спросил я.
— А мало ли! Может то просто артефакт из Чёрного Города? Или наоборот артефакт, чтобы туда добраться? Я ж тебе рассказывал, как меня объял Ужас и я не смог до него дойти!
— А всё понял когда?
Эльф снова рассмеялся.
— Не поверишь! Я до последнего ничего понять не мог! Только когда Дед ту девку привязал под то же самое дерево, что и меня… только от неё я всё и услышал! Она была уверена, что меня всё равно ждёт жестокая смерть от рук её любимого Цветика, и потому ничего не будет худого если мне будет что-то известно! Она таких помоев про тебя и про него вывалила! Я бы в жизни не подумал, что такая милая девчонка знает столько гномьих ругательств!
Теперь уже мы смеялись все вместе.
— Я часть из них даже не слышал за всю свою жизнь!
— Что? За все двести лет? — хихикнул Микула.
— За все триста! — хмыкнул Тарфельд.
Мы снова засмеялись.
— Микул, она тебе тоже всё рассказала? — спросил я богатыря.
— Да, — ответил он. — Она плакалась, что не знает, как всё рассказать Цветику, а Дед убеждал её говорить только Правду. Я ей предложил потренироваться на мне. Она мне всё и описала. Но менее красочно чем Али… нашему алирскому другу!
Он перевёл дыхание и мельком глянул на эльфа.
— Зря я, кстати, то ей предложил, — продолжил Микула. — У меня возникло больше вопросов, чем ей бы хотелось и она побежала убеждать Деда придумать какую-то интересную историю.
— Тебе что, и правда двести лет? — спросил я эльфа.
Тот замялся.
— Нет. Только сто сорок шесть. Среди алиров я ещё юнцом считаюсь. Но всё равно, ты должен ко мне, как к значительно более старшему обращаться более уважительно, малявка! — важно заявил Тарф.
Со стороны он бы пошёл скорее на моего младшего брата, чем значительно более старшего товарища. Я засмеялся. А что поделать, если время — лишь условность!
