А для усиления оборонительных сооружений переднего края было, как я и предлагал, установлено пять дополнительных сторожевых вышек у дороги, обходящей все наши старые наблюдательные посты. Между вышками были установлены дополнительные укрепленные огневые позиции, а пространство на сто метров по обе стороны от дороги — зачищено от растительности и оборудовано засеками.
Одним словом, работа была проделана титаническая. По времени все это заняло около трех с половиной недель. И это был рекордно короткий срок, в который я поначалу никак не надеялся уложиться. Но, благодаря мощным усилиям моей сплоченной команды, нам это все-таки удалось.
И когда я наконец-то разобрался с этим очень важным этапом развития моего надела, пришло время приступать к следующему пункту моего плана: развитию личному.
Первым делом мне нужно было понять, как прокачивать аспект пустоты. И для этого на ближайшее время была запланирована вылазка в дикие земли. Первая вылазка, в которой я буду участвовать лично. Вылазка, в ходе которой я планирую собственноручно убить свою первую в моей новой жизни аномальную тварь. А отправиться мы должны были строго на юго-восток. И я точно знал, что за вещицу из сейфа я с собой прихвачу.
Понедельник выдался солнечным, но при этом довольно свежим. На дворе стояло восьмое июня две тысячи двадцатого года. Прошло чуть больше четырех недель с моего первого появления в усадьбе. За это время многое изменилось.
Прежде всего катастрофически истощился мой бюджет. На счету в банке лежало срок две тысячи, а наличкой в сейфе — тридцать пять. Итого: семьдесят семь жалких тысяч рублей. А вот затраты выросли в разы. Учитывая возросшие расходы на увеличившийся гарнизон, лесопилку с шахтой, а также на обслуживание социальных нужд Трофимово, ежемесячные траты теперь составляли около тридцати пяти тысяч. И это по самым скромным оценкам.
А вот планируемые доходы пока не дотягивали и до тридцати тысяч в месяц. Таким образом мой бюджет на июнь был сверстан с заметным дефицитом. И пополнить его было особо неоткуда, если, конечно, на охоте нам случайно не попадется какая-нибудь редкая и высокоуровневая аномальная тварь. Да и то, я не думаю, что решусь применить свои способности на глазах у бойцов, если только нашим жизням не будет угрожать смертельная опасность.
Одним словом, вся надежда сейчас была на шахту этериума, которая со скрипом пыталась выйти на добычу хотя бы трети прошлых объемов. Там катастрофически не хватало технического обеспечения и персонала. Поэтому в добыче был пока задействован только один самый верхний штрек. На дальнейшую модернизацию и увеличение численности работников средств пока не было. А Филатовы, как назло, теперь требовали гораздо больших объемов поставок, угрожая разорвать контракт и подать в суд на выплату неустойки.
Вторым кардинальным изменением был результат судебного процесса над моим соседом, незабвенным графом Волковым. Оперуполномоченный Соловьев отлично поработал и предоставил судье неопровержимые улики вины графа. В итоге, после нескольких заседаний, суд вынес решение в пользу стороны обвинения, то есть военной комендатуры. В качестве наказания было выбрана мера по отторжению у графа Волкова части его надела, граничащего с моими землями. Речь шла о лакомом куске приграничья, который алчный граф Волков некогда отнял у барона Пичугина.
Мой сосед был в бешенстве. Мне на электронную почту пришло несколько десятков анонимных писем, которые подробно расписывали, при каких невероятно мучительных обстоятельствах я и все мои близкие вскоре покинем эту бренную землю. В некоторых письмах указывались даже конкретные сроки, оставшиеся мне до неминуемого конца, начиная от пары часов и заканчивая несколькими днями. Если честно, эти блещущие интеллектом эпистолярные творения, невероятно меня радовали и неизменно повышали настроение. А если я находил время почитать пару таких писем перед тем, как отправиться в кровать, то сон неизменно был крепким и спокойным.
Одним словом, от графа Волкова, конечно, можно было ожидать еще неприятных сюрпризов, но уже не в тех масштабах, которые были до этого.
Однако, это было еще не все. От информатора Ярцева, который работал в комендатуре, мы получили данные человека, который стал обладателем бывшего надела Волкова. Это был некий граф Забелин. И все бы ничего, если бы не одно но: в своей прошлой жизни я довольно хорошо изучил биографию этого весьма неприятного человека. Он был известным интриганом и доносчиком. Действовал граф весьма топорно, но при этом довольно эффективно.
Одним из его излюбленных методов была организация подпольных кружков анархистов или же любых других противников монархии. Ему, если честно, было без разницы. Действовал он строго инкогнито через подставных лиц, которые представлялись всегда какими-нибудь заграничными либеральными деятелями, явившимися в Россию для того, чтобы изменить жизнь к лучшему. Чья жизнь имелась в виду и что за лучший результат ей предлагался, они объясняли в довольно расплывчатых и туманных выражениях.
